Колин фаррелл и николь кидман: Николь Кидман и Колин Фаррелл сыграют супругов в «Убийстве священного оленя»: Кино: Культура: Lenta.ru

Содержание

Рецензия на фильм «Убийство священного оленя»

Опытный кардиохирург Стивен достиг в своем искусстве исцеления больных такого мастерства, что порой позволяет себе работать спустя рукава. Одна из операций, закончившаяся смертью пациента, давно им забыта, но внезапно из прошлого возникает сын погибшего на хирургическом столе мужчины Мартин, и Стивен чувствует перед подростком некоторую вину, заставляющую мужчину проводить с посторонним ему человеком свободное время и дарить ему подарки. Впрочем, скоро мальчишка начинает злоупотреблять доверием своего покровителя, а на семью Стивена обрушиваются несчастья, остановить поток которых можно, только сделав непростой выбор и принеся сакральную жертву.

Кадр из фильма «Убийство священного оленя»

Пожалуй, в каждой стране сегодня есть режиссер, который выводит местный кинематограф на какой-то необычный, качественно новый уровень. Для греков таким новатором стал Йоргос Лантимос, человек, за пять лет совершивший невероятный прыжок от пошлых посредственных комедий к фильмам, которые причисляют к числу фаворитов на крупнейших киносмотрах планеты.

Последнее произведение Лантимоса – драма «Убийство священного оленя» – вошло в программу прошлогодних Канн и заслуженно получило награду за лучший сценарий. Пришло время и отечественному зрителю узнать, почему главный кинофестиваль мира вдруг обратил внимание на картину в жанре хоррор, что связывает Лантимоса и Кубрика и существует ли у проклятия разумное объяснение.

Кадр из фильма «Убийство священного оленя»

Открывающие фильм кадры операции на сердце были сняты во время реального хирургического вмешательства в действующем госпитале. Больше того, для полноты ощущений Колин Фаррелл присутствовал в операционной во время работы хирургов

Да-да, мы не ошиблись, упомянув «Убийство священного оленя» в связке с жанром фильма ужасов – в какой-то мере это классический хоррор о проклятии, преследующем человека, совершившего в прошлом фатальную ошибку. Но Канны не были бы собой, если бы отборщики конкурса не видели в конкурсных фильмах чего-то большего, чем простая месть за содеянное.

И «Убийство» на деле много глубже и философичнее стандартного «ужастика», это в гораздо большей степени драма, история принятия собственного несовершенства и разрушения ореола непогрешимости, это трагедия крушения идеалов семьи, дома как неприступных крепостей, это обращение к иррациональности зла и немощности самых светлых побуждений. Как ни банально, но грек Лантимос идет стопами своих древних соотечественников – в драме одной семьи он прячет эпохальные разломы и внушающие трепет тектонические сдвиги.

Кадр из фильма «Убийство священного оленя»

Название картины является отсылкой к древнегреческому мифу о царе Агамемноне. На охоте тот убил оленя, принадлежавшего богине Артемиде, и та в отместку потребовала принести в жертву царскую дочь Ифигению

Автор «Убийства» начинает свою прогулку в компании со зрителем весьма неспешно, фильм вроде бы злоупотребляет длинными планами, долгими перемещениями камеры по коридорам клиники, странными диалогами и вычурными позами персонажей, но все это лишь усыпляет нашу бдительность, расставляет ловушки и демонстрирует приоритеты героев. В результате на исходе часа, когда обухом по голове бьет первая внятная артикуляция главной дилеммы истории, мы оказываемся в щекотливом положении – как и Стивен, зритель не может определиться с жизненно важным решением, с той моральной «вилкой», которую когда-то пришлось разрешать главной героине «Выбора Софии» и которая сейчас обрушивается на героев «Убийства священного оленя».

Кадр из фильма «Убийство священного оленя»

Нет смысла пересказывать в деталях сюжет, картина достойна того, чтобы зритель сам узнал, чего стоила главному герою его ошибка, но не отметить великолепную работу коллектива создателей фильма просто невозможно. «Убийство священного оленя» удивительным образом цепляет с первых кадров и не отпускает, опутывая зрителя все новыми и новыми деталями – здесь и неспешно развивающийся, но постоянно добавляющий недоговоренностей сюжет, и завораживающая музыка, в которой струнные бьют так сильно, как удается не каждому ударному музыкальному инструменту, и широкий объектив камеры, старающийся не только ухватить детали, но и все время держать в поле зрения периферию.

Вкупе с выдающимися работами актеров «Убийство» затягивает, чтобы затем резко разжать объятия и оставить вас с финальными титрами один на один.

Кадр из фильма «Убийство священного оленя»

Актеров стоит отметить отдельной строкой. Колин Фаррелл уже коллаборировал с Йоргосом Лантимосом, вместе они поразили публику грустной историей «Лобстера». «Убийством» актер делает шаг на ступеньку выше – потенциал Фаррелла до сих пор не только не исчерпан, но и толком не раскрыт, партнерство с необычными постановщиками явно идет ему на пользу. Николь Кидман возвращается к образу потерянной супруги из «Широко закрытых глаз» -– как и у Кубрика, она играет с надрывом, с нервом, который пробивается в ней далеко не в каждой работе. Чуть меньше удались детские и подростковые образы, в каждом из «младших» персонажей чувствуется некоторая фальшь, но фильму такая шероховатость только идет, иначе он был бы слишком идеален.

Некоторые критики поспешили сравнить «Убийство священного оленя» с кубриковским «Сиянием», но смысл в этом присутствует только отчасти. При схожести тем и решений работа Лантимоса выглядит интереснее хотя бы потому, что на наших глазах режиссер еще только формируется, тогда как Стэнли Кубрик к 1980-му уже был настоящим нерушимым колоссом. И в этом есть своя интрига – героям «Убийства» приходится меняться под давлением обрушившихся проблем, а Лантимоса теперь вперед будут двигать завышенные ожидания критиков и зрителей. Как с этим справится греческий постановщик – вопрос ничуть не менее интересный, чем то, кто из детей более дорог отцу и матери.

С 15 февраля в кино.

 

Колин Фаррелл о том, как он лежал на диване в окружении нескольких женщин

В этом году Колин Фаррелл нарасхват в буквальном смысле слова: в мае на кинофестивале в Каннах актер представлял сразу два конкурсных фильма, и во втором из них — картине «Роковое искушение» — за его внимание сражались сразу 7 героинь. В восторге от Колина и София Коппола, получившая за «Искушение» приз как лучший режиссер:

Я искала в свой фильм актера, который был бы одинаково привлекателен как для женщин, так и для мужчин. И Колин как раз такой парень.

София Коппола и Колин ФарреллФаррелл к женскому вниманию давно привык:

Меня воспитывали мать и сестры, я обожаю женщин. Хотя, должен признать, в нашем фильме они получились довольно пугающими.

Что касается самой картины, то это экранизация романа Томаса Куллинана «Нарисованный дьявол», а также ремейк фильма Дона Сигела «Обманутый». В последнем роль объекта желания 7 женщин сыграл Клинт Иствуд. Перед съемками у Копполы Колин Фаррелл прочел книгу, но с Иствудом не встречался.

Я не знаком с Клинтом. Уверен, у него есть дела поважнее, чем общение со мной, — пошутил актер.

Клинт Иствуд в фильме «Обманутый», 1971 годКолин Фаррелл и Кирстен Данст в фильме «Роковое искушение»

Половину съемок Колин Фаррелл пролежал на диване — изображая раненого героя. Его партнершам пришлось сложнее: для них София Коппола устроила настоящую школу XIX века. Актрисы учились шить, танцевать, брали уроки этикета, а также получили задание — прочесть книгу How To Be A Good Southern Lady («Как быть хорошей леди с Юга»).

Колин, «Роковое искушение» называют то триллером, то костюмной драмой. Что на самом деле происходит в этом фильме?

Представьте себе старинный особняк в Луизиане XIX века, в котором живет семь представительниц прекрасного пола всех возрастов. Одна из них, директриса мисс Фарнсворт — ее играет Николь Кидман, следит за остальными: учит их этикету, французскому языку и держит всех в ежовых рукавицах. А вокруг этого дома идет гражданская война между Севером и Югом, и я играю солдата армии Севера Джона Макберни. Он очень тяжело ранен и оказывается в доме этих южанок, в стане врага. Те неожиданно милы и дружелюбны и помогают моему капралу Макберни встать на ноги. Да и сам он не промах: умеет расположить к себе женщин. (Улыбается.) Но затем Джон принимает пару неверных решений, и все идет под откос, причем довольно быстро: фильм длится всего ничего, полтора часа.

Что именно он делает не так?

Да он рушит все одним своим появлением! Смотрите сами: семь женщин спокойно живут своей жизнью, контролируют всё, что с ними происходит. И тут появляется мужчина, который пробуждает в них низменные, я бы даже сказал, животные инстинкты: симпатию, желание, страсть. Все это они подавляли в себе долгие годы или, возможно, даже не задумывались, что в них такие чувства вообще есть. Так что ждите в кино настоящий хаос.

Николь Кидман и Колин ФарреллДействие фильма разворачивается в XIX веке. Как думаете, сегодня ваше появление в таком доме вызвало бы схожий эффект?

Думаю, что в любые времена у людей одни и те же модели поведения. Мы можем понять, почему поступаем так или иначе, но далеко не всегда способны контролировать эти поступки. Такие вещи, как желание, похоть, реакция на противоположный пол, заложены в нас на генетическом уровне. Некоторые люди погибают из-за этих желаний. И вообще, будем честны, многие дети появляются на свет из-за них: потому что однажды в два часа ночи кто-то не смог сдержаться.

Так что я не считаю, что за два века что-то кардинально изменилось. Природа контроля, власти — а эти женщины в какой-то момент обретут власть над моим героем — осталась неизменной. Единственная по-настоящему значимая примета времени — изоляция этих героинь. В наши дни вы вряд ли бы нашли дом, в котором семь женщин живут сами по себе, без связи с остальным миром, соцсетей и фото в Instagram. (Улыбается.)

С Эль Фэннинг в роли воспитанницы АлисииА какая была атмосфера в этом доме во время съемок?

Сплошной курорт! Я шучу. (Смеется.) Хотя нет, не шучу, на самом деле атмосфера была что надо. Каждый раз, когда София видела меня на площадке, она громко говорила: «А вот и наш дорогой капрал Макберни». Среди всех этих женщин я чувствовал себя как в малиннике! Мы даже шутили об этом на пресс-конференции в Каннах: что меня взяли в кино, просто чтобы там был хотя бы один мужской персонаж.

Похоже, вам там было действительно весело…

А то! Ведь София просто чудесная. Помимо того, что она умная и образованная, она еще и невероятно женственная, элегантная, в ней чувствуется порода. София очень добра, вежлива, никогда не повышает голос. Именно благодаря этим ее качествам у нас на площадке было всегда так тихо. Клянусь, это самые спокойные съемки за 20 лет моей карьеры в кино! Шесть недель в Новом Орлеане: ходим по старинному особняку, устраиваем пикники во дворе между дублями, пьем кофе, болтаем, а потом встаем в кадр и убиваем друг друга. (Смеется.) Полное спокойствие!

Колин Фаррелл

В российский прокат вышел фильм «Убийство священного оленя» — Российская газета

Кардиохирург Стивен (Колин Фаррелл) женат на офтальмологе Анне (Николь Кидман), пара воспитывает двоих детей… Пасторальную картину семейного счастья нарушает появление подростка Мартина (Барри Кеоган), который шантажирует Стивена. Сначала кажется, что дело в педофилии, но чем дальше, тем более ясными становятся мотивы Мартина. По вине Стивена он потерял близкого человека и теперь хочет восстановить справедливость. По мнению юноши, врач может сделать это одним путем: своими руками убить кого-нибудь из своих близких.

Три года назад фестивальной сенсацией стал британский «Лобстер» Лантимоса с тем же Колином Фарреллом в главной роли, где режиссер препарировал мир английской социальной антиутопии, вживив в него такие греческие паттерны, как «рок», «жертвенная любовь» и «ослепление». «Убийство священного оленя», сделанное в Соединенных Штатах, демонстрирует тот же прием — с поправкой на масштаб страны. Если в «Лобстере» он использовал лишь отдельные ходы, традиционные для древнегреческой трагедии, то в «Убийстве священного оленя» античная драма становится моделью для сборки. Причем Лантимос имеет в виду вполне конкретное произведение — речь об «Ифигении в Авлиде» Еврипида.

С одной стороны, нельзя не восхититься тем, с каким мастерством режиссер стряхивает пыль с древнего текста и превращает его в увлекательный триллер. Но именно в этой картине проявляется главная слабость Лантимоса-режиссера. Он прежде всего блистательный формалист, создающий отменные схемы. В «Убийстве» при всей его фантастической красоте и тонкой выделке слишком сильно бросается в глаза скелет конструкции. В фильме происходит много необъяснимых с точки зрения обыденной жизни вещей — проклятье, которое ложится на семейство кардиохирурга, становится причиной паралича и кровавых слез…

Кино Лантимоса пытается быть тем, что принято называть «эмоциональным порно» — режиссер беззастенчиво манипулирует эмоциями аудитории, играя на самых чувствительных струнах ее души.

Однако по-настоящему проникнуться кошмарами «Убийства священного оленя» совсем не получается, потому как ни на секунду нельзя выкинуть из головы мысль о том, что перед тобой уж слишком умозрительная конструкция, не настоящая трагедия, а ее интеллектуальный парафраз. Мир фильма Лантимоса слишком стерилен, чтобы воспринимать все происходящее в нем всерьез. Да, в подобные игры со зрителями играл папа англоязыного триллера Альфред Хичкок. Но декоративный мир его триллеров был чистым аттракционом, изобретательным тиром с картонными персонажами, по которым кукловод-автор палил из всех орудий. Когда у Лантимоса к таким же картонным персонажам добавляется сумрачный хор, предвещающий беду, а каждый кадр высоким штилем пытается донести мысль о Возмездии и Грехе (именно так — с большой буквы), выглядит это как минимум странно.

Николь Кидман и Колин Фаррелл в новом фильме от режиссера «Лобстера» – DTF MAGAZINE

Киностудия A24 выпустила первый трейлер психологического триллера Убийство священного оленя сценариста и режиссера Йоргоса Лантимоса, известного по фильмам Клык, Альпы и Лобстер. Мировая премьера состоялась на Каннском кинофестивале, где картина получила приз за лучший сценарий 

Фильм расскажет об известном хирурге (Колин Фаррелл). Он видится с таинственным подростком, которого хочет усыновить, но скрывает встречи от жены (Николь Кидман) и детей. Далее происходят события, после которых главный герой вынужден принести жертву.

На создание фильма режиссера вдохновила трагедия древнегреческого драматурга Еврипида. Лантимос не уточняет ее название, однако в картине есть прямые отсылки к произведению «Ифигения в Авлиде».

Главные роли исполнили Колин Фаррелл, Николь Кидман, Барри Кеоган и Рэффи Кэссиди. Над сценарием фильма Йоргос Лантимос работал со своим постоянным партнером Эфтимисом Филиппу: вместе они написали сценарии картин Альпы, Клык и Лобстер.  

А вот песня, которую напевает одна из героинь фильма в этом трейлере, добавляя абсурдности.

В украинский прокат фильм выйдет в ноябре.

 Ранее мы писали о главных фильмах Каннского кинофестиваля, которые покажут в Украине.


 

Канны-2017: Колин Фаррелл, Николь Кидман и Кирстен Данст лгут и ревнуют в фильме «Роковое искушение»

Кирстен Данст в трейлере фильма «Роковое искушение»

Каннский фестиваль все ближе, и мы потихоньку знакомимся с фильмами-участниками смотра. Так, вчера в сети появился свежий трейлер ленты «Роковое искушение» (The Beguiled), которая участвует в основном конкурсе.

Режиссером картины стала София Коппола, позвав на главные роли Николь Кидман, Колина Фаррелла, Эль Фаннинг и свою любимицу Кирстен Данст, с которой подружилась еще во время съемок своего дебютного полнометражного фильма «Девственницы-самоубийцы» (The Virgin Suicides) в 1999 году.

«Роковое искушение» — это римейк классического фильма 1971 года Дона Сигела «Обманутый» с Клинтом Иствудом в главной роли. Фильм, в свою очередь, был основан на на южноготическом романе Томаса Куллинана A Painted Devil о раненом янки, который во время Гражданской войны в США находит убежище в школе-интернате для девочек в Луизиане и, как водится, переворачивает спокойную жизнь обитательниц дома с ног на голову.

Так же и у Копполы: чопорные и религиозные, героини впускают в свой дом чужака, не подозревая, к каким разрушительным последствиям это приведет. Страсть, зависть, ревность, ложь, предательство — справиться с нахлынувшими эмоциями не может никто. И развязка не заставит себя ждать.

В российский прокат фильм выйдет уже 27 июля.


Николь Кидман в трейлере фильма «Роковое искушение»


Кирстен Данст в трейлере фильма «Роковое искушение»


Колин Фаррелл в трейлере фильма «Роковое искушение»


Колин Фаррелл и Кирстен Данст в трейлере фильма «Роковое искушение»


Николь Кидман в трейлере фильма «Роковое искушение»


Эль Фаннинг в трейлере фильма «Роковое искушение»


Николь Кидман в трейлере фильма «Роковое искушение»


Николь Кидман в трейлере фильма «Роковое искушение»


Кадр из фильма «Роковое искушение»


Колин Фаррелл в трейлере фильма «Роковое искушение»


Кирстен Данст в трейлере фильма «Роковое искушение»

Про «Убийство священного оленя» и бога, который ушёл — Про кино

С богом всё время получается интересная штука: к нему так привыкли, что его присутствия не замечают даже те, кто в него верит. Есть мнение, что это связано с нашим о нём представлением: в большинстве случаев бог — некая посторонняя сущность, которая руководит действиями вообще всех. Ну или хотя бы наблюдает — во всяком случае, человечество привыкло так считать.

Но мы всего лишь люди, Льюис, верно? Со временем даже истово верующие перестают видеть в ежедневной рутине божий промысел (хотя они скорее нарушат какую-нибудь заповедь, чем в этом признаются) — что уж говорить об остальных. И вот внутри нас крепнет ощущение, что всё хорошее или плохое случается почти исключительно из-за нас самих и без всякого видимого вмешательства извне. Мало-помалу мысли о боге прячутся в самые далёкие закутки нашего мозга. Там они и дремлют.

Пока гром не грянет. В нужный момент эти мысли всегда будут рядом — потому что бог не снаружи, а внутри нас, долго добираться ему не придётся. И изгнать его из себя очень трудно — нужно действительно постараться. Сделать нечто такое, от чего даже милосердный и всепрощающий спаситель поседеет, соберёт свои пожитки и свалит от нас куда подальше. Вот тогда нам пиздец.

О потере внутреннего бога снято очень много хорошего кино. Как правило, оно несёт в себе вполне понятную зрителю мораль: не греши, парень, а то видишь, что может случиться. Или, уж если грешишь, найди в себе силы всё исправить. Такие фильмы почти всегда дают нам шанс на то, что ушедшего бога можно вернуть, пусть это и очень-очень трудно.

Но есть режиссёры вроде Йоргоса Лантимоса — этим совершенно плевать и на мораль, и на наши с вами чувства. Так что если вы вдруг собрались глянуть «Убийство священного оленя», имейте в виду: это совершенно невыносимое кино. И при этом настолько выдающееся, что пропустить его никак нельзя.

История от Лантимоса и второго сценариста Эфтимиса Филиппоу не то чтобы очень оригинальная. Если убрать некоторые детали, останется довольно часто встречающийся в кино конфликт: традиционная и во всех отношениях благополучная семья живёт полной жизнью, пока на всей скорости не налетает на огромный камень. Обычно роль этого камня берут на себя какие-то старые грехи одного из главных героев — но зритель узнаёт о них уже после того, как успел проникнуться к этому герою изрядной симпатией.

Дальше всё зависит от постановщика и соответствующего актёра. Если всё пойдёт, как задумано, мы будем сидеть и грызть ногти от внутренних противоречий. Так бывает обычно. Но Лантимос нас позвал не за этим. Его фильм только прикидывается триллером — надо сказать, довольно неплохим. Мы цепляемся за многочисленные жанровые крючки, нам даже нравится — а что не так? Колин Фаррелл и Николь Кидман, а к ним различные девиации — мы же такое любим, не правда ли?

Нас так легко купить всем этим дерьмом, просто невероятно. Если бы только найти в себе силы, чтобы вырваться на время из собственного тела и взглянуть на себя со стороны. Вот они мы, смотрите: подались вперёд в своих креслах, пальцы вцепились в подлокотники, и лопни наши глаза, если это не слюна блестит на этих жадных губах.

А над нами стоит Йоргос Лантимос, управляющий нитями, что привязаны к нашим конечностям. Он готовит для нас особенный сюрприз — и мы его съедим без остатка, уж он постарается: нити довольно крепкие, от них так просто не избавиться.

Впрочем, нам ведь дают шанс — подсказки. Например, диалоги, которые сценарий лишь наметил. Это схематичные реплики, так и не обросшие плотью. Первое время на них трудно обращать внимание, потому что замысел режиссёра от нас ещё очень далеко — но ближе к середине чувство неуютной неправильности начинает привязываться по-настоящему. Почему эти люди так странно разговаривают, эй?

А ещё их скупые движения — обратите внимание, в «Убийстве священного оленя» очень мало действий, которые можно назвать решительными. Если что-то подобное и происходит, чаще всего оно остаётся за кадром. Но вот геометрически выверенных статичных планов в стиле Кубрика — этого просто навалом. Зачем всё так, а не иначе?

Затем, что это не настоящая жизнь — держитесь за эту мысль, иначе можно сойти с ума. Привычный бытовой триллер, которым прикидывается поначалу лента Лантимоса, постепенно обнажает свой страшный скелет. «Убийство священного оленя» — жуткая притча о человеке, из которого ушло всё живое. Из которого ушёл даже бог. Йоргос Лантимос не пугает нас дьяволом и подобными потусторонними страшилками. Вместо этого он хладнокровно и даже несколько отстранённо показывает, что происходит с человеком, добровольно отказавшимся от спасения собственной души.

Этот человек не умирает. Он продолжает жить в своём кошмарном, наспех слепленном искусственном мире и убеждать самого себя: в этих обстоятельствах он всё сделал правильно. Можно даже сказать, победил. Вот молодец.


Понравился отзыв? Ну что ж, ура. Делитесь теперь в соцсетях.

Николь Кидман, Колин Фаррелл, Ева Лонгория на премьере «Убийство священного оленя»

Колин Фаррелл и Николь Кидман

Во Франции продолжается 70-й, юбилейный, Каннский фестиваль с ежедневными кинопоказами и выходами звезд на красную дорожку. Вот и вчера на киносмотре состоялась очередная премьера нового фильма — «Смертоубийство священного оленя» (The Killing Of A Sacred Deer).

В этот вечер перед фотографами появились актеры, исполнившие в картине главные роли — Николь Кидман и Колин Фаррелл (хотя на фотоколле артист не присутствовал), а также режиссер картины Йоргос Лантимос. Кроме них на премьеру пришли Сара Сампайо, Энди МакДауэлл, Ева Лонгория и супруг Кидман — Кит Урбан. Кит и Николь на красной дорожке совсем не скрывали своих нежных чувств перед папарацци: они обнимались, целовались и не отходили товарищ от друга. К удивлению многих, проглядеть премьеру не смог и Джош Хартнетт, какой крайне редко появляется на светских мероприятиях.

Колин Фаррелл и Николь Кидман

Сюжет картины греческого режиссера «Смертоубийство священного оленя» строится вкруг успешного хирурга, какой пытается усыновить подростка. Однако поведение мальчика с каждым днем становится все хуже, что вынуждает врача свершить немыслимую жертву.

Напомним, что в этом году разом четыре проекта с участием Николь Кидман вошли в разные программы фестиваля — не исключено, что домой актриса уедет с ворохом наград!


Николь Кидман


Кит Урбан и Николь Кидман


Колин Фаррелл


Колин Фаррелл


Йоргос Лантимос и Николь Кидман


Йоргос Лантимос


Энди МакДауэлл



Сара Сампайо


Ева Лонгория



Джош Хартнетт и Синобу Тэрадзима


Аня Рубик


Изабель Юппер, Катрин Денев, Эммануэль Беар


Катрин Денев


Миучча Прада


Изабель Гулар


Жасмин Сандерс


 Джордан Данн


Алехандро Гонсалес и Кристоф Вальц


Кристина Базан



Даниела Д’Антонио и Паоло Соррентино


Сонам Капур


Кристин Скотт Томас

Мода

Похожие записи

  • Звездный стиль в Каннах-2017: Ева Лонгория на премьере «Убийство священного оленя»
  • Канны-2017: Ирина Шейк, Николь Кидман, Татьяна Навка и другие на премьере драмы Софии Копполы «Роковое искушение»
  • Николь Кидман, Джери Холлиуэлл, Фелисити Джонс и другие гости премии Glamour «Женщина года» в Лондоне
  • Ирина Шейк, Ева Лонгория, Светлана Ходченкова и другие на вечеринке L’Oreal в Каннах
  • Ева Лонгория, Пэрис Хилтон и «самый красивый преступник» на показе Philipp Plein
  • Риз Уизерспун с дочкой Авой, Николь Кидман и Шейлин Вудли на премьере сериала «Большая маленькая ложь»
  • Канны-2017: Ума Турман, Ева Грин, Каролина Куркова, Эдриан Броуди и другие звездя на премьере фильма «Основано на реальных событиях» Романа Полански
  • Канны-2017: Ума Турман, Ева Грин, Каролина Куркова, Эдриан Броуди и другие звезды на премьере фильма «Основано на реальных событиях» Романа Полански
  • Канны-2017: Тильда Суинтон, Джейк Джилленхол, Лили Коллинз на фотоколле фильма «Окча»
  • После «Золотого глобуса»: Николь Кидман, Риз Уизерспун, Сара Джессика Паркер, Изабель Юппер и другие звезды на HBO Afterparty
Обзор

: Колин Фаррелл и Николь Кидман переносят горнило страданий в «Убийстве священного оленя»

В фильмах Йоргоса Лантимоса трупы животных, как правило, накапливаются с пугающей регулярностью — просто спросите кота в «Собачьем зубе» или собака в «Лобстере». (Вы не можете, извините. Они мертвы.) Так что представьте мое удивление, что в «Убийстве священного оленя» не убивают животных с рогами, слегка залитым кровью, но технически безупречным кошмаром фильма, который приглашает нас посмотреть кудахтать вместе со своим директором в пустоту.

Название, к счастью, не является кратким изложением сюжета, а отсылкой к рассказу об Агамемноне, который убил оленя из рощи Артемиды и получил приказ принести в жертву собственную дочь в качестве наказания. Даже не зная этого, вы могли бы угадать мифологические корни истории — не только потому, что Лантимос родом из Греции и имеет региональную склонность к трагедиям, но и потому, что его фильмы часто напоминают поведенческие эксперименты, разработанные неизмеримо жестокими богами.

Так было с «Лобстером», абсурдистским и меланхоличным обвинением современных западных брачных ритуалов и крупным прорывом для Лантимоса, доказавшим, что после нескольких блестяще тревожных греческих постановок, включая номинированный на Оскар «Собачий зуб», он Торговая марка сочетания сатирической изобретательности и строгости формального стиля могла процветать в английском языке. Это был триумф и для Колина Фаррелла, открывшего для себя богатую поэзию грустного мешка в роли разведенного, вынужденного по законам очень чужой страны искать новую жену.

Фаррелл вернулся к более высокому наказанию и странным ультиматумам в «Убийстве священного оленя», на этот раз играя человека, который давно успокоился. Стивен Мерфи — кардиохирург с женой оптометриста Анной (Николь Кидман), двумя умными, воспитанными детьми и пригородным особняком, достаточно большим, чтобы вместить пещерные композиции под большим углом, разработанные кинематографистом Тимиосом Бакатакисом.Это мир, который очень похож на наш (фильм был снят в Цинциннати), но, как всегда с Лантимосом, упорно отказывается звучать что-либо подобное.

Это связано не только с саундтреком с его дрожащими скрипками и мощными хоровыми партиями Шуберта, Баха и Лигети, но и с плоскими, неестественными ритмами и невозмутимой непоследовательностью речи персонажей. Вы можете быть немного сбиты с толку ранней сценой, в которой Стивен и его анестезиолог (Билл Кэмп) подробно останавливаются на наручных часах, особенно на достоинствах металлических и кожаных ремешков. Но все переходит на новый уровень жуткости, когда у Стивена есть немного другая версия того же разговора с Мартином (превосходным Барри Кеоганом), подростком, с которым он время от времени встречается для посещений в больнице и за ее пределами.

Они говорят шифром? Должны ли ремешки для часов что-то означать, например, о неизбежной хватке времени? Даже после двух просмотров я понятия не имею. Я подозреваю, что они ничего не значат, кроме, пожалуй, банальности светской беседы, того, как вежливая беседа и другие формы социальной тирании служат для подавления непокорности настоящих человеческих чувств.Это становится ясным, когда Стивен, проявляя к Мартину почти непосильное внимание, приглашает его к себе домой на обед. «Какой обаятельный мальчик», — говорит Анна позже той ночью, и небольшой подъем в остальной плоской доставке Кидман указывает на прямо противоположное.

С мерзостью, которая просачивается в фильм, как медленно действующий яд, [Лантимос] превращает домашний медицинский кошмар в лихорадочное упражнение.

Как только Мартин отвечает за услугу и приглашает Стивена на ужин с ним и его матерью (Алисия Сильверстоун в незабываемом спектакле с одной сценой), его требования ко времени хирурга становятся все более настойчивыми, его случайные посещения больницы становятся все более нежелательными.На фоне стольких необъяснимых угроз, возможно, наиболее пугающе вероятный подзаголовок связан с 14-летней дочерью Мерфи, Ким (Раффи Кэссиди), которая испытывает сильную, мягко оплачиваемую влюбленность в Мартина. Тем временем их 12-летний сын Боб (Санни Сулджик) внезапно обездвиживается загадочной болезнью, происхождение и последствия которой озадачивают Стивена и его коллег-медиков.

Я не хочу больше рассказывать о сюжете, который одновременно глубоко запутан и поразительно прост.В любом случае, хотя судьба Мерфи может иметь для них огромное значение — даже если их неестественно спокойные, сдержанные выражения говорят об обратном, — сам Лантимос, похоже, меньше интересуется тем, что происходит, а тем, как это происходит. С хитрой точностью и мерзостью, которые проникают в фильм, как медленно действующий яд, он превращает домашний медицинский кошмар в лихорадочное стильное упражнение.

Атмосфера дрожит от угрозы, и угроза ужасного насилия, кажется, таится за каждым безупречно освещенным уголком.Лантимос вызывает как извилистый психологический ужас Романа Полански, так и ледяную техническую точность Стэнли Кубрика, особенно «Сияние». Камера отслеживает и бродит по гладким, блестящим коридорам больницы Стивена во многом так же, как Кубрик снимал лабиринтные коридоры отеля Overlook, и, вероятно, не случайно, что Сульджик отдаленно похож на молодого Дэнни Ллойда. Кидман, со своей стороны, может напомнить вам «С широко закрытыми глазами», особенно когда она раздевается из-за слегка извращенного супружеского платка.

Фаррелл и Кидман недавно разыграли совершенно иную динамику на экране в драме Софии Копполы «Обманутые», драме о Гражданской войне, которая стала правдоподобным аккомпанементом ирландского акцента Фаррелла. Он также не пытается скрыть это здесь, и если ни он, ни Кидман (подавляя ее собственные австралийские интонации) не кажутся полностью уместными в видении залитого солнцем американского пригорода в фильме, такое разобщение только усиливает странность истории, которая Лантимос осторожно расположился на несколько градусов южнее реальности.

Кеоган, сыгравший самого молодого и самого уязвимого персонажа в фильме Кристофера Нолана «Дюнкерк», явно ползает по коже в роли Мартина, который все больше и больше похож не на мальчика-подростка, а на силу непримиримого, недвусмысленного зла. Соответственно, если не менее жутко, сами Мерфи не всегда кажутся полностью людьми. Они могут истекать кровью, как и все мы, о чем свидетельствуют их разорванная плоть и поврежденные глазные яблоки. Но по сути это фантомные проекции, разумные пешки в расплывчатом, но жестком аллегорическом тезисе.

Игривый арт-хаус каратель в весьма сомнительной традиции Михаэля Ханеке и Ларса фон Триера, Лантимос сигнализирует о своих намерениях ранним снимком, на котором Стивен снимает свои испачканные хирургические перчатки, что является прямым признаком, как любой человек с кровью. его руки. И в одухотворенно-стоическом исполнении Фаррелла Стивен становится удобной заменой самоуспокоенности белого мужчины, морального идиотизма и трусости, порожденных жизнью, основанной на западных привилегиях.

Конечно, вечнозеленая цель.Но по мере того, как он очень медленно продвигает своих персонажей к подходящей безнадежной кульминации, фильм все больше ощущается как самодовольная, но безудержная провокация, богатая демонстрация мастерства на службе вторичных потрясений и идей. Лантимос эффективно играет один и тот же резкий, диссонирующий аккорд в течение двух часов, и это виртуозное выступление, даже если «Убийство священного оленя» — более подходящим названием могло бы быть «Охота на ствольную рыбу» — в конечном итоге становится ближе к однообразию, чем к мифу.

————

«Убийство священного оленя»

Оценка: R, за вызывающие тревогу сцены насилия и сексуального характера, некоторую графическую наготу и язык

Бег время: 2 часа, 1 минута

Играет: ArcLight Cinemas, Голливуд и Лэндмарк, Западный Лос-Анджелес

Смотрите самые читаемые истории в разделе «Развлечения» за этот час »

justin. [email protected] com

@JustinCChang

Даже Николь Кидман и Колин Фаррелл не могут ответить на загадки «Убийства священного оленя»

Идиллическая, безупречная американская семья разваливается на части в «Убийстве священного». Олень.«Что или как — будь то проклятие, гипноз, паранормальные явления, вирус или карма — остается невыясненным. И именно это делает его одним из самых тревожных фильмов года.

Фильм — новейшая уникально строгая, наклонная аллегория режиссера Йоргоса Лантимоса. Грек по происхождению, но проживавший в Лондоне последние шесть лет, Лантимос был номинирован в этом году на «Оскар» за сценарий своего англоязычного дебюта «Лобстер». Его международный прорыв, фильм 2009 года «Собачий зуб», был номинирован на премию Оскар за фильм на иностранном языке.

Его последние звезды Колин Фаррелл в роли Стивена, кардиоторакального хирурга, и Николь Кидман в роли его жены, Анны, офтальмолога. Похоже, у них завидная жизнь в Цинциннати — Лантимос застрелен в США впервые — со своими двумя детьми, 14-летней Ким (Раффи Кэссиди) и 12-летним Бобом (Санни Сулджик).

Так продолжалось до тех пор, пока Стивен не попытался наставить безотцовщего 16-летнего мальчика по имени Мартин (Барри Кеоган), чье присутствие воспламенило фасады их жизни, в то время как болезнь начинает настигать семью.

Даже работая с такими звездами, как Кидман и Фаррелл, Лантимос смеется над идеей, что «Священный олень» — его самый популярный фильм.

«Многие не согласятся с этим», — сказал он. «Мои последние пару фильмов были англоязычными с известными актерами, так что я думаю, это сразу делает их более популярными».

В разговоре Лантимос приветлив, приятен и занят. Но не приходите к нему, чтобы объяснить свою работу. С помощью «Убийства священного оленя» Лантимос и его постоянный соавтор сценария Эфтимис Филиппу создали еще один фильм, который в некотором смысле столь же загадочен для его создателей, как и для зрителей.

«Я никогда не пытаюсь слишком много анализировать, почему я говорю это и что это означает», — сказал он. «В какой-то степени я верю, потому что в противном случае все было бы непоследовательно, и я тоже не хочу этого. Но я стараюсь быть как можно более инстинктивным и максимально спонтанным, от начала идеи до сценария, места, где вы снимаете фильм, и людей, которых вы выбираете ».

По сути, создать невозможное уравнение с невозможным ответом.

Йоргос Лантимос об «Убийстве священного оленя»

Лантимос допустил, что часть первоначальной идеи «Священного оленя» была связана с маленьким мальчиком, который взял на себя контроль над жизнью успешного пожилого человека, и отсюда: «Большая часть этого возникла из логики того, как вы создаете ситуация, когда также неясно, кто за что несет ответственность, и что справедливо, и насколько далеко вы готовы зайти, и можете ли вы винить какую-либо из вовлеченных сторон, и чувствуете ли вы какую-либо из вовлеченных сторон? По сути, создать невозможное уравнение с невозможным ответом.

Режиссер оставил двусмысленность даже для актеров. Ужасающее выступление Когана в роли недовольного подростка в роли злобной силы не исходило от обычных тонких нюансов актер-режиссер взад-вперед.

«Он не работает таким образом, как вы работали бы с другими режиссерами, когда вы спрашиваете их о причинах и обо всех этих вопросах характера», — сказал Кеоган, уроженец Ирландии, которого также можно было увидеть в фильме Кристофера Нолана «Дюнкерк» ранее в этом году. «Йоргос отключил бы тебя, потому что он так не работает.

«Диалог довольно тяжелый и мрачный, поэтому чем меньше эмоций вы придаете ему, тем сильнее будет воздействие», — добавил Кеоган.

Фаррелл также снялся в «Лобстере» вместе с Рэйчел Вайс и Леей Сейду, и он ухватился за возможность снова поработать с Лантимосом. Для Фаррелла резкий антинатурализм предпочтительного стиля исполнения Лантимоса является частью проблемы и привлекательности сотрудничества.

«Вы просто живете в мире — это странно, но это не так», — сказал Фаррелл.«И все же персонажи на экране ведут себя как обычно. И это нас потрясает. Если персонажи сопротивлялись и трясли кулаками до небес, они делают всю работу за нас. Но персонажи фильмов Йоргоса не обязательно обрабатывают вещи так, как мы привыкли видеть, как люди обрабатывают вещи, или как мы сами их обрабатываем, и я думаю, что это становится нервирующим ».

Из-за их загадочного ощущения и стилизованного исполнения часто бывает трудно понять, о чем говорят фильмы Лантимоса.Чтобы сфокусироваться на сути, дата выпуска перед Хэллоуином, возможно, не случайна от продвинутой дистрибьюторской компании A24.

Премьера фильма «Убийство священного оленя» состоялась в Каннах, его показывали на престижных кинофестивалях в Торонто и Лондоне, но он также был показан на жанровых фестивалях Fantastic Fest и Beyond Fest. С его невероятной интенсивностью это не совсем ужастик, но это ужасающий опыт.

«В нем все есть, не так ли?» — сказал Кеоган. «Это комедия, это ужас, психологический триллер.Я надеюсь, что люди видят это по-другому ».

Кидман сравнила фильм как с греческим мифом об Ифигении, так и с «Сиянием» Стэнли Кубрика. На вопрос, классифицирует ли она фильм Лантимоса как мрачную комедию, фильм ужасов или семейную драму, она ответила по электронной почте: «Могу я сказать, что все три? На самом деле я думаю, что в некоторых из лучших фильмов ужасов, комедии и драмы были все три, и «Sacred Deer» не исключение. Вот как все это находит отклик. Самые смешные фильмы были самыми трагичными, самые ужасные — с юмором.

В то время как многие мировые кинематографисты, снимая свои первые фильмы в Америке, поражены обширными пейзажами, Лантимос запечатлел что-то содержащееся и скованное, угроза, стремящаяся вырваться на свободу.

Не рассматривая фильм как заявление об Америке, Лантимос сказал, что обстановка была выбрана просто так, чтобы между Мартином и его семьей в США могло быть меньше классовых различий, чем в Великобритании. Он и продюсер Эд Гини. побывал в ряде американских городов в поисках подходящей больницы для съемок, прежде чем принять решение о съемках в Цинциннати.

«В США казалось, что это будет намного более открытым», — сказал Лантимос. «Я не претендую на то, что действительно знаю Америку или Англию, если честно, но фильм так будет раскрашен. То, как он будет сниматься в США, а не то, как он будет сниматься в Англии, заставило меня выбрать США. Я не хотел снимать готический фильм в Англии ».

Фаррелл может подробно рассказать о том, что на самом деле представляет собой «Лобстер» в его исследовании любви, пар и общества.Что касается его нового сотрудничества с Лантимосом, у него были другие мысли.

«Я понятия не имею, что такое« Убийство священного оленя », — сказал Фаррелл. «Но я прочитал это, и мысль о том, чтобы снова поработать с Йоргосом, была чем-то, что меня действительно интересовало. За те 20 лет, что я этим занимаюсь, я не могу представить себе режиссера, который был бы более уникальным, более узнаваемым по тому, что они делают и как они это делают, чем Йоргос ».

На просьбу объяснить, что происходит с семьей «Священного оленя», Лантимос снова смеется.Даже для него частью проекта было принятие неопределенности.

«Вот как я решил продолжить. Я нормально не знаю, — сказал он. «Я не думаю, что это можно решить; В фильме нет секретной информации, которой мы не делимся. Просто постарайтесь сделать так, чтобы все было продумано до мелочей.

«Одна из причин, по которой я хотел, чтобы эта больница была этой совершенно новой, ультрасовременной больницей, заключалась в том, чтобы вы не думали о том, что они не знают, что делают, ‘ » он сказал.«Я хотел, чтобы люди были уверены, что они делают все возможное с научной точки зрения, чтобы выяснить, что с ними не так, а они не могут этого понять. Мы пытались завести тупик. Так что, конечно, я нормально не знаю «.

ПОДПИСАТЬСЯ на бесплатный информационный бюллетень о фильмах Indie Focus »

[email protected]

Следуйте в Twitter: @IndieFocus

ТАКЖЕ

With ‘Wonder , ‘Тодд Хейнс и его творческая команда объединяют эпохи

TV horror vs.фильм ужасов: Гильермо дель Торо, рассказывающий страшные истории на разных носителях

Beyond Fest в Лос-Анджелесе дает фанатам жанровых фильмов то, что они жаждут, от странных до суровых

Amazon.com: The Killing of a Sacred Deer [ DVD]: Николь Кидман, Колин Фаррелл, Алисия Сильверстоун, Раффи Кэссиди, Барри Кеоган, Йоргос Лантимос, Эд Гини, Йоргос Лантимос, Эндрю Лоу, Element Pictures: Movies & TV

Во-первых, я не против медленно нарастающего ужаса (так что не думайте, что «этому человеку просто не нравится, что не было больше прыжков и дешевых острых ощущений!»). Например, мне понравился «Наследственный» и то, как все предзнаменования и символика в конце концов обрели смысл.Случайные события оказались не случайными. Это был один из тех фильмов, которые стали более впечатляющими при втором просмотре.

«Убийство священного оленя» было полной противоположностью этого. Не было объяснения многих странностей или того, почему персонажи вели себя так, как они. Как будто кто-то решил: «Я хочу снять странный, неудобный фильм о греческой трагедии», не объясняя, почему все было так странно.

Только Мартин должен был быть психологически неуравновешенным.И все же все персонажи вели себя странным образом, по крайней мере, в нескольких случаях, когда ни один психически здоровый человек не стал бы действовать. Например, почему Ким все еще хочет быть с мальчиком, который пытался убить ее и ее семью? «Ну, если вы сделаете какую-нибудь мысленную гимнастику, отец как бы убил их, убив отца Мартина». Но на самом деле, даже если Стив «начал это», Мартин все равно был явно обеспокоен. Почему Ким захотела быть с ним после того, как увидела его природу?

Существовали три основных момента, которым следовало дать объяснения:

— ЗАПУСК СПОЙЛЕРА —
1.Как им сошло с рук убийство Боба? Их дом находился в красивом тихом районе, рядом с ними находились другие дома. Соседи услышали бы четыре / пять выстрелов и вызвали бы полицию. Боб ходил в школу. Учителя и директор школы заметили бы его отсутствие. Полиция начала бы расследование того, как и почему пропал этот мальчик, и выстрелы немедленно сделали бы семью главным подозреваемым. семья могла двигаться дальше.В действительности, по крайней мере, Стива посадили бы в тюрьму за убийство. Не было объяснения, почему этого не произошло. Последствием убийства Боба стал огромный провал.

2. Реакция семьи на смерть: в основном ее не было. Ким казалась абсолютно довольной всем и в конце концов улыбнулась Мартину. Было бы разумно, если бы она была социопатом или ненавидела своего брата. Но поскольку она утверждала и вела себя так, как будто раньше заботилась о нем, не имело никакого смысла, почему она так безразлична к его смерти.

То же самое и с Анной, поскольку Боб был показан как ее любимец на протяжении всего фильма.Не было никакого объяснения их внезапно притупившемуся аффекту. Почему никто из персонажей не вел себя как обычные люди? Либо это было странным просто ради странности, либо создатели плохо постарались изобразить, как реальные люди в здравом уме отреагировали бы на всю ситуацию. Все они вели себя как социопаты или аутисты. Было бы хорошо, если бы на то была причина. Но этого не произошло, и Мартин должен был быть единственным человеком с психическими проблемами
— КОНЕЦ СПОЙЛЕР —

3.Мартин случайно мог вызывать у людей болезни и лечить их своим разумом. Поразительно количество отзывов, в которых говорится: «Это жутко, потому что такое может случиться в реальной жизни!» Эм, нет, наверное, нет. Не упустили ли они тот очень важный факт, что Мартин явно какой-то экстрасенс?

Этот элемент был случайным, поскольку не было никаких других сверхъестественных элементов и никаких предзнаменований. Просто казалось, что создатели в самом конце подумали: «Хорошо, как этот ребенок сможет сделать этих людей больными, а затем просто исцелить их, когда он захочет? яд, который делает что-то подобное? Какой яд мог бы привести кого-то к смерти, и при этом его можно было бы немедленно отменить в любой момент до того, как человек умрет? »

«Ммм, это слишком сложно.Давайте вместо этого дадим ему магические силы »

Обзор убийства священного оленя — Колин Фаррелл и Николь Кидман убивают его в запретном ужасе | Канны 2017

Табу-ужастик Йоргоса Лантимоса «Убийство священного оленя» с уверенностью сомнамбула движется по своему собственному отличительному спектру странностей. Это интригующий, тревожный и забавный поворот чего-то, что во многом может быть обычным триллером-ужасом 1970-х или 1980-х или даже кошмаром 90-х.Есть резкая оркестровая партитура, кошмарные углы стрельбы «рыбий глаз», низко вниз и вверх, и люди, идущие по коридорам таким образом, что движение вперед кажется медленным падением.

Сюжет повествует о красивом, успешном профессиональном мужчине, его красивой жене и семье, все они расходятся по швам перед лицом угрозы вуду. Этот фильм имеет более ясное, прямое представление о форме и цели — и поэтому кажется мне более успешным — чем его предыдущая картина «Лобстер», которая исчерпала идеи задолго до конца.

Характерный для Лантимоса невозмутимый, погранично-роботизированный диалог и поведение здесь проявляются в различной степени тонкости и оттенка, создавая музыкальное настроение беспокойства. Колин Фаррелл играет чрезвычайно успешного кардиохирурга со стильной женой (Николь Кидман) и двумя очаровательными детьми, Бобом (Санни Сулджик) и Ким (Раффи Кэссиди).

Но в этом хирурге есть что-то странное. Он говорит замкнутыми, интроспективными манерами и интонациями песен, и в его увлечении различными типами дорогих часов есть что-то от ОКР.У него очень счастливый брак и приятная престижная профессиональная жизнь. Но есть напряженность. Ему, очевидно, пришлось бросить пить, и его жена следит за тем, чтобы он придерживался этого правила, что скорее смягчит вечер с черным галстуком, на котором он является основным докладчиком. У него любопытный вкус к сексу: он говорит своей жене «общий наркоз», и она должна затем раздеться и лечь на кровать, как если бы она была без сознания. Она соглашается на этот личный супружеский долг с приличным спокойствием.

И у хирурга есть то, что кажется лучшим другом: 16-летний мальчик Мартин (Барри Кеоган), с которым он любит тусоваться в местной закусочной или у реки, просто болтая в одном месте. воспитанный, как этот подросток.Мартин приходит в больницу, чтобы зайти к хирургу — к вежливому удивлению и замешательству своих коллег — и просто пообщаться с ним. Хирург делает ему неуместно дорогие подарки и даже приглашает Мартина к себе домой поужинать и провести время с собственными детьми. Мартин отвечает за услугу, приглашая хирурга в свой значительно более скромный дом, чтобы пообедать с его матерью-одиночкой: очень долгожданное возвращение от Алисии Сильверстоун, которая очень хорошо справляется с небольшой ролью.

Интерес хирурга к Мартину не является сексуальным, хотя сексуальность присутствует везде и нигде в этих глубоко преступных отношениях. Тем не менее, становится ясно, что это отношения, основанные на вине, как последствия несчастного случая, и что Мартин злится на хирурга и на то, что этот человек сделал, и что он теперь ему должен. Мартин требует от этого человека неустойки, жертвы, как убийство в названии, и говорит, что, если его требования не будут выполнены, с его семьей случатся ужасные сверхъестественные вещи. И поэтому Фаррелл продолжает гневно отрицать, пока не признает, что угрозы этого мальчика реальны.

Как и во всех своих лучших работах, Лантимос блестяще способен вызвать целый сотворенный мир и погрузить в него нас.Но его странность имеет двоякое значение: это стилизованный элемент абсурдизма, а также правдоподобное выражение отрицания. Интересно представить, как Джон Карпентер, Брайан Де Пальма или Ричард Доннер режиссируют этот сценарий. Возможно, это не выглядело бы так сильно, хотя Де Пальма или Карпентер могли бы захотеть, чтобы финал был ускорен или даже переписан, чтобы учесть поворот, который, казалось, обещал интересная теория главного героя о том, что хирург никогда не виноват в неудачной операции. , и что это всегда вина анестезиолога.Что делает Лантимос, так это ведет нас на своего рода жуткую лесную поляну, на которой этого оленя предстоит зверски убить.

Николь Кидман и Колин Фаррелл в «Убийстве священного оленя»: ТРЕЙЛЕР

Николь Кидман в фильме «Убийство священного оленя» A24 Трудно представить себе более нарочито резкий и заведомо резкий синопсис фильма, чем те, которые были даны в глубоко оригинальных фильмах Йоргоса Лантимоса.

Его «Клык» был о «трех подростках, [которые] живут изолированно, не выходя из дома, потому что их чрезмерно защищающие родители говорят, что они могут уйти только тогда, когда их клык выпадет». Позже его артхаусный хит 2015 года «Лобстер» касался «антиутопического общества, [где] одинокие люди должны найти себе пару в течение 45 дней или превратиться в животное по своему выбору».

Теперь его следующее предложение «Убийство священного оленя» в так называемом жанре «греческой странной волны» продолжает тенденцию.Согласно официальному синопсису фильма, «Стивен, харизматический хирург, вынужден пойти на немыслимую жертву после того, как его жизнь начинает рушиться, когда поведение подростка, которого он взял под свое крыло, становится зловещим».

Фаррелл играет хирурга, Николь Кидман играет его жену, а Алисия Сильверстоун играет в роли матери мальчика. В актерский состав также входят Раффи Кэссиди, Билл Кэмп, Барри Кеоган и Санни Сулджик.

Но, как показывает первый трейлер фильма (и, честно говоря, вся фильмография Лантимоса), это не просто очередная драма о людях, сброшенных вместе посреди ужасной трагедии.Это будет характерно смешно, странно, необычно и до странности откровенно. Кроме того, приготовьтесь к самому тревожному использованию песни Элли Гулдинг, как когда-либо. Действительно сжечь.

Лантимос снимает сценарий по сценарию, написанному им в соавторстве с Эфтимисом Филиппу, автором трех последних художественных фильмов греческого режиссера, в том числе номинантов на премию Оскар за лучший фильм 2011 года «Собачий зуб» и «Лобстер».

«Убийство священного оленя» было снято прошлым летом в Цинциннати и дебютировало в Каннах в начале этого года, где оно прошло на соревнованиях.Посмотрите первый трейлер к фильму ниже.

Подпишитесь, чтобы прочитать | Файнэншл Таймс

Разумный взгляд на мировой образ жизни, искусство и культуру

  • Полезные чтения
  • Интервью и отзывы
  • Кроссворд The ​​FT
  • Путешествия, дома, развлечения и стиль

Выберите вашу подписку

Испытание

Попробуйте полный цифровой доступ и узнайте, почему более 1 миллиона читателей подписались на FT

  • В течение 4 недель получите неограниченный цифровой доступ премиум-класса к надежным, отмеченным наградами деловым новостям FT

Подробнее

Цифровой

Будьте в курсе важных новостей и мнений

  • MyFT — отслеживайте самые важные для вас темы
  • FT Weekend — полный доступ к материалам выходных
  • Приложения для мобильных устройств и планшетов — загрузите, чтобы читать на ходу
  • Подарочная статья — делитесь до 10 статьями в месяц с семьей, друзьями и коллегами

Подробнее

ePaper

Цифровая копия печатного издания

с простой навигацией.
  • Прочтите печатное издание на любом цифровом устройстве, можно прочитать в любое время или загрузить на ходу
  • Доступно 5 международных изданий с переводом на более чем 100 языков
  • FT Magazine, журнал How to Spend It и информационные приложения включены
  • Доступ к предыдущим выпускам за 10 лет и к архивам с возможностью поиска

Подробнее

Команда или предприятие

Premium FT.com доступ для нескольких пользователей, с интеграцией и инструментами администрирования

Премиум цифровой доступ, плюс:
  • Удобный доступ для групп пользователей
  • Интеграция со сторонними платформами и CRM-системами
  • Цены на основе использования и оптовые скидки для нескольких пользователей
  • Инструменты управления подписками и отчеты об использовании
  • Система единого входа (SSO) на основе SAML
  • Специализированный аккаунт и команды по работе с клиентами

Подробнее

Узнайте больше и сравните подписки содержание раскрывается выше

Или, если вы уже являетесь подписчиком

Войти

Колин Фаррелл и Николь Кидман блистают в таинственном «Убийстве священного оленя» — The Daily Texan

Фильм греческого режиссера Йоргоса Лантимоса «Оскар», номинированный на премию Оскар, поразил публику в 2016 году как один из лучших и самых креативных фильмов года.

Его продолжение, «Убийство священного оленя», воссоединяет известного сценариста-режиссера со звездой «Омаров» Колином Фарреллом в динамичной драматической комедии, наполненной таинствами.

Фаррелл играет Стивена Мерфи, хирурга с, казалось бы, идеальной жизнью, женатого на красивой жене (Николь Кидман) с двумя очаровательными детьми. Однако кое-что странное происходит, поскольку фильм позволяет зрителям сразу понять особую связь персонажа Фаррелла с подростком по имени Мартин (Барри Кеоган из «Дюнкерка»).Кеоган великолепен в этой роли и играет Мартина отстраненным и несколько простым, со злобным видом.

Тесные отношения Мерфи с, казалось бы, случайным подростком раскрывают тайну «Священного оленя» в первый час или около того. Мрачно-комедийный тон «Лобстера» просачивается в фильм на протяжении всей этой первой половины, и, хотя не так много происходит, чтобы продвинуть сюжет вперед, блестящие диалоги и идеальный тональный контроль делают фильм неотразимым.

Во второй половине «Убийства священного оленя» Лантимос черпает вдохновение из греческой трагедии Агамемнона и Ифигении, разрушительной истории о горе и мести.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *