Холодный поцелуй – Запутанная история», «Как приручить дракона», «Хранители снов», «Холодное сердце», «Храбрая сердцем»

Содержание

Сьюзан Маклеод — Холодный поцелуй смерти » Книги читать онлайн бесплатно без регистрации

Роман Сыозан Маклеод «Холодный поцелуй смерти» дарит читателю новую встречу с очаровательной Женевьевой Тейлор, феей-сидой, сотрудницей агентства «Античар» и по совместительству — своеобразным ящиком Пандоры как для самой себя, так и для окружающих.

У Дженни снова куча бытовых и жилищных проблем, не говоря уже о специфических проблемах со здоровьем — в результате всех своих приключений она подхватила вирус вампиризма и теперь ей категорически противопоказано общество вампиров. Они ее чересчур возбуждают. Но все эти проблемы покажутся Дженни лишь мелкими неудобствами после того, как она обнаружит в пекарне мертвое тело своего хорошего знакомого. Убитого магией феи-сиды. А такая в Лондоне всего одна. И вот, преследуемая полицией, ночными кошмарами и эротическими фантазиями, Дженни судорожно ищет загадочного врага, который так изощренно ее подставил.

Сьюзан Маклеод

Холодный поцелуй смерти

На нее никто не обращал внимания — на босую девочку под холодным проливным дождем; длинные черные волосы трепал порывистый ветер, с тщедушного тельца свисали лохмотья. Ей было лет восемь, от силы девять. Она ждала, в упор глядя на меня темными злыми глазами. Когда я увидела ее, сердце у меня екнуло, по спине пробежались ледяные пальцы ужаса, зубы скрипнули. Народ кругом спешил себе по брусчатке к гостеприимным огням Ковент-Гарден — укрыться под стеклянным куполом торгового центра с его магазинами, кафе, уличными актерами и толчеей вокруг прилавков. Над Лондоном разразилась обычная для конца октября непогода, а значит, у ведьм открылся сезон бурной торговли чарами вроде «сухоножек», «непромоканцев» и «всепогодных заколок» — и очень вовремя, прямо настоящий ультрасовременный маркетинг. И никто из этих предвечерних гуляк не остановился, чтобы помочь ребенку. Никто даже не замечал девочку — никто, кроме меня.

Вообще-то, ничего удивительного, она же призрак.

Не так уж много людей видят призраков.

А я сида. Я призраков вижу, и еще как, но вот чтобы прицепилось привидение и слонялось за мной по пятам?! Честно говоря, с тех пор как в моей жизни объявилась Козетта — недели две назад, — я поняла, что видеть и подвергаться преследованиям — это совсем не одно и то же. Теперь я постоянно твержу себе, что бояться привидений глупо, ведь они физически не могут причинить живым никакого вреда, и заставляю себя преодолевать иррациональную потребность повернуться и удрать. Я перевела дух и, не сбавляя хода, побежала трусцой прямо на девочку. Когда я приблизилась, она протянула ко мне руки в мольбе и широко раскрыла рот, и ветер визжал и выл, словно подменяя ее безмолвный крик.

Я остановилась перед ней, подавляя дрожь.

— Вот что, Козетта, нам нужно обязательно найти какой-то способ договориться, — проговорила я, чувствуя, как досада вытесняет страх. — Я хочу тебе помочь, но не могу, потому что не знаю, что случилось.

Козетта вцепилась в ворот сорочки и распахнула ее. Три переплетенных полумесяца, вырезанные на тощей груди — красные, открытые, кровоточащие, — и не думали затягиваться и вообще выглядели точно так же, как и в последние десять раз, когда я их видела. Это были не смертельные раны, и даже не свежие — судя по одежде, Козетта была мертва уже лет сто пятьдесят, — но меня скрутило от гнева на того мерзавца, который сделал такое с ребенком. Три полумесяца — это что-то из символики богини Луны, но какое они имели отношение к Козетте, ее смерти и к тому, почему она меня преследует, мне никак не удавалось выяснить. Я спрашивала у всех подряд, основательно прошарила Интернет, провела бесплодный день в ведьминском отделе Британской библиотеки, наняла медиума — сколько времени и денег зря потратила! — и так ничего и не выяснила, так что даже назвала девочку Козеттой по собственной прихоти, ведь, как ее зовут на самом деле, я не знала. Так что, если я хочу умилостивить призраков, следующая остановка — обратиться к некроманту. А это, прямо скажем, дело нелегкое. Некроманты не из тех, кто рекламирует свои услуги, поскольку повелевать мертвыми — а не просто разговаривать с ними — запрещено законом… Но сейчас нам с Козеттой — обеим — нужно было отдохнуть друг от друга.

— Вижу. — Я вгляделась в кровавый символ и поежилась — с мокрых волос потекло за шиворот, — И все равно не понимаю, чего ты от меня хочешь, что я должна сделать?

Уронив руки по швам, девочка с молчаливым раздражением топнула ногой. Потом как обычно, поглядела мне за плечо, как будто кого-то там увидела, замерцала и рассеялась, словно свет от выключенного уличного фонаря.

По спине пробежал холодок, и я поняла, что на сей раз ко мне сзади и вправду кто-то подобрался — или что-то. Я повернулась проверить. Надо мной бесстрастно нависал фасад церкви Св. Павла; сквозь узкие, скругленные сверху окна сочилось теплое свечное сияние, прямоугольная бронзовая доска на фальшивой двери казалась темным провалом на фоне серого песчаника. Руки покрылись мурашками, а промокший спортивный костюм, липнувший к коже, лишь подхлестнул тревогу. Под нависшим фронтоном церкви жались друг к дружке три душеспасителя — члены секты «Охранителей душ»; мощный прожектор у них над головами высвечивал красные кресты на серых, как у крестоносцев, плащах, словно высеченных из гранита. На миг мне стало интересно, почему душеспасители не спрятались в метро, — они всегда в плохую погоду отступали на подземные позиции: к чему «охранять души» от вампиров, ведьм и всего волшебного, в том числе и от меня и от прочего волшебного народа, когда эти души попрятались от дождя и проповедовать некому.

Я выкинула душеспасителей из головы и проверила, нет ли в церкви каких-то чар, которые могли напугать Козетту. Ворота с обеих сторон здания были широко распахнуты и вели в темный сад. Я всмотрелась в темноту за ближайшими воротами, включила внутренний локатор…

— Смотрите-ка, это же наша паскуда-сида! — захихикал за спиной знакомый голос. — Наверно, ждет своего сутенера-вампира!

Я медленно обернулась и обдала говорившую ледяным взглядом. Она с усмешечкой глядела на меня из-под большого черного зонтика: каштановые кудряшки закрутились от сырости еще туже, темно-зеленая униформа топорщилась на более чем пышной фигуре — этакая реклама шин «Мишлен». Дженет Симе, в прошлом констебль. «В прошлом» по собственной вине — она без памяти втрескалась в сослуживца, моего друга, и из-за ревности пренебрегла предписаниями, а заодно и мной, когда мне потребовалась помощь, так что она сама вырыла себе яму, но винила, разумеется, меня. Мне не повезло: когда ее вышвырнули из полиции, она нашла себе работу в охране Ковент-Гарден и теперь «случайно натыкалась» на меня каждый день.

— Ага, наверно, папарацци дожидается! — Ее подпевала, потасканная блондинка, сложила пальцы рамочкой и нацелилась на меня. — Улыбочку, мисс Тейлор! — зашипела она, а потом состроила жалостливую гримасу. — Журналистов вы больше не интересуете, Женевъева! Вчерашние новости никому не нужны, и сидские шлюшки нам тоже ни к чему, так что проваливай-ка ты со своими оранжевыми котячьими глазенками в СОС-таун, там тебе самое место!

Внутренне я застонала — я и представить себе не могла, сколько неприятностей у меня случится из-за того, что на первых полосах газет напечатали мое фото в компании главного лондонского кровососа (к счастью, ныне покойного). И Дженет с ее подпевалой были самой маленькой из этих неприятностей, пусть и до обидного сухой благодаря огромному зонтику, — хотя они и охотились за моей кровью в переносном смысле чуть ли не с большим рвением, чем вампиры — в прямом. Пока что я сохраняла спокойствие и тренировалась делать им «полное, не вижу’’», однако…

Холодный поцелуй смерти читать онлайн — Сьюзан Маклеод

Сьюзан Маклеод

Холодный поцелуй смерти

ГЛАВА ПЕРВАЯ

На нее никто не обращал внимания — на босую девочку под холодным проливным дождем; длинные черные волосы трепал порывистый ветер, с тщедушного тельца свисали лохмотья. Ей было лет восемь, от силы девять. Она ждала, в упор глядя на меня темными злыми глазами. Когда я увидела ее, сердце у меня екнуло, по спине пробежались ледяные пальцы ужаса, зубы скрипнули. Народ кругом спешил себе по брусчатке к гостеприимным огням Ковент-Гарден — укрыться под стеклянным куполом торгового центра с его магазинами, кафе, уличными актерами и толчеей вокруг прилавков. Над Лондоном разразилась обычная для конца октября непогода, а значит, у ведьм открылся сезон бурной торговли чарами вроде «сухоножек», «непромоканцев» и «всепогодных заколок» — и очень вовремя, прямо настоящий ультрасовременный маркетинг. И никто из этих предвечерних гуляк не остановился, чтобы помочь ребенку. Никто даже не замечал девочку — никто, кроме меня.

Вообще-то, ничего удивительного, она же призрак.

Не так уж много людей видят призраков.

А я сида. Я призраков вижу, и еще как, но вот чтобы прицепилось привидение и слонялось за мной по пятам?! Честно говоря, с тех пор как в моей жизни объявилась Козетта — недели две назад, — я поняла, что видеть и подвергаться преследованиям — это совсем не одно и то же. Теперь я постоянно твержу себе, что бояться привидений глупо, ведь они физически не могут причинить живым никакого вреда, и заставляю себя преодолевать иррациональную потребность повернуться и удрать. Я перевела дух и, не сбавляя хода, побежала трусцой прямо на девочку. Когда я приблизилась, она протянула ко мне руки в мольбе и широко раскрыла рот, и ветер визжал и выл, словно подменяя ее безмолвный крик.

Я остановилась перед ней, подавляя дрожь.

— Вот что, Козетта, нам нужно обязательно найти какой-то способ договориться, — проговорила я, чувствуя, как досада вытесняет страх. — Я хочу тебе помочь, но не могу, потому что не знаю, что случилось.

Козетта вцепилась в ворот сорочки и распахнула ее. Три переплетенных полумесяца, вырезанные на тощей груди — красные, открытые, кровоточащие, — и не думали затягиваться и вообще выглядели точно так же, как и в последние десять раз, когда я их видела. Это были не смертельные раны, и даже не свежие — судя по одежде, Козетта была мертва уже лет сто пятьдесят, — но меня скрутило от гнева на того мерзавца, который сделал такое с ребенком. Три полумесяца — это что-то из символики богини Луны, но какое они имели отношение к Козетте, ее смерти и к тому, почему она меня преследует, мне никак не удавалось выяснить. Я спрашивала у всех подряд, основательно прошарила Интернет, провела бесплодный день в ведьминском отделе Британской библиотеки, наняла медиума — сколько времени и денег зря потратила! — и так ничего и не выяснила, так что даже назвала девочку Козеттой по собственной прихоти, ведь, как ее зовут на самом деле, я не знала. Так что, если я хочу умилостивить призраков, следующая остановка — обратиться к некроманту. А это, прямо скажем, дело нелегкое. Некроманты не из тех, кто рекламирует свои услуги, поскольку повелевать мертвыми — а не просто разговаривать с ними — запрещено законом… Но сейчас нам с Козеттой — обеим — нужно было отдохнуть друг от друга.

— Вижу. — Я вгляделась в кровавый символ и поежилась — с мокрых волос потекло за шиворот, — И все равно не понимаю, чего ты от меня хочешь, что я должна сделать?

Уронив руки по швам, девочка с молчаливым раздражением топнула ногой. Потом как обычно, поглядела мне за плечо, как будто кого-то там увидела, замерцала и рассеялась, словно свет от выключенного уличного фонаря.

По спине пробежал холодок, и я поняла, что на сей раз ко мне сзади и вправду кто-то подобрался — или что-то. Я повернулась проверить. Надо мной бесстрастно нависал фасад церкви Св. Павла; сквозь узкие, скругленные сверху окна сочилось теплое свечное сияние, прямоугольная бронзовая доска на фальшивой двери казалась темным провалом на фоне серого песчаника. Руки покрылись мурашками, а промокший спортивный костюм, липнувший к коже, лишь подхлестнул тревогу. Под нависшим фронтоном церкви жались друг к дружке три душеспасителя — члены секты «Охранителей душ»; мощный прожектор у них над головами высвечивал красные кресты на серых, как у крестоносцев, плащах, словно высеченных из гранита. На миг мне стало интересно, почему душеспасители не спрятались в метро, — они всегда в плохую погоду отступали на подземные позиции: к чему «охранять души» от вампиров, ведьм и всего волшебного, в том числе и от меня и от прочего волшебного народа, когда эти души попрятались от дождя и проповедовать некому.

Я выкинула душеспасителей из головы и проверила, нет ли в церкви каких-то чар, которые могли напугать Козетту. Ворота с обеих сторон здания были широко распахнуты и вели в темный сад. Я всмотрелась в темноту за ближайшими воротами, включила внутренний локатор…

— Смотрите-ка, это же наша паскуда-сида! — захихикал за спиной знакомый голос. — Наверно, ждет своего сутенера-вампира!

Я медленно обернулась и обдала говорившую ледяным взглядом. Она с усмешечкой глядела на меня из-под большого черного зонтика: каштановые кудряшки закрутились от сырости еще туже, темно-зеленая униформа топорщилась на более чем пышной фигуре — этакая реклама шин «Мишлен». Дженет Симе, в прошлом констебль. «В прошлом» по собственной вине — она без памяти втрескалась в сослуживца, моего друга, и из-за ревности пренебрегла предписаниями, а заодно и мной, когда мне потребовалась помощь, так что она сама вырыла себе яму, но винила, разумеется, меня. Мне не повезло: когда ее вышвырнули из полиции, она нашла себе работу в охране Ковент-Гарден и теперь «случайно натыкалась» на меня каждый день.

— Ага, наверно, папарацци дожидается! — Ее подпевала, потасканная блондинка, сложила пальцы рамочкой и нацелилась на меня. — Улыбочку, мисс Тейлор! — зашипела она, а потом состроила жалостливую гримасу. — Журналистов вы больше не интересуете, Женевъева! Вчерашние новости никому не нужны, и сидские шлюшки нам тоже ни к чему, так что проваливай-ка ты со своими оранжевыми котячьими глазенками в СОС-таун, там тебе самое место!

Внутренне я застонала — я и представить себе не могла, сколько неприятностей у меня случится из-за того, что на первых полосах газет напечатали мое фото в компании главного лондонского кровососа (к счастью, ныне покойного). И Дженет с ее подпевалой были самой маленькой из этих неприятностей, пусть и до обидного сухой благодаря огромному зонтику, — хотя они и охотились за моей кровью в переносном смысле чуть ли не с большим рвением, чем вампиры — в прямом. Пока что я сохраняла спокойствие и тренировалась делать им «полное, не вижу’’», однако…

— Некогда мне тут с вами болтать. — Я отбросила с лица мокрую прядь и медовым голосом пропела: — У меня жаркое свидание с красавцем-фавном, надо хорошенько подготовиться.

К сожалению, красавец-фавн был мой начальник, а жаркое свидание сводилось к обычной работе, но, когда оказываешься лицом к лицу с парочкой гарпий, готовых жизнь положить, лишь бы тебе насолить, все средства хороши. Я улыбнулась подружкам, порадовалась зеленым сполохам в их глазах — недаром ревность называют зеленоглазым чудовищем, — повернулась и ушла, не слушая, что они там лепечут.

Дойдя до угла, я обернулась и сосредоточилась, включив магическое зрение. Так я и думала — над большим черным зонтиком Дженет набрякли чары «глаз бури», роняя вокруг подружек жирные круглые капли. Я помедлила. Мне всего-то нужно было сложить ладонь чашечкой и призвать чары — тогда ветер вырвет из рук Дженет ее великанский зонтик и две эти дуры заверещат и задрыгаются под дождем, как мокрые мыши. Я стиснула кулак и велела себе не опускаться до их уровня. Их насмешки того не стоили — меня же не побивали камнями, в самом деле. Как говорится, слова не ранят, и это правда, если только к ним не присовокупляют чары, а Дженет с подпевалой были не ведьмы — просто ведьмины дочки. Отцы у них были люди, а не сиды, поэтому подружки жили в мире, напоенном магией, видели ее отсветы, но так и не научились ею управлять — и никогда не научатся. Чары «глаз бури» им пришлось купить, а любое действенное заклинание — удовольствие недешевое, это я прекрасно знала.

Я засмеялась — коротко и безрадостно. Сама-то я хороша — сида, волшебное существо, напоенное магией, но это вовсе не значит, будто я умею с ней обращаться. О да, я ее видела магическим зрением, могла призвать, взломать или даже впитать, но, как я ни старалась, собственные мои колдовские способности на деле оказывались не серьезнее, чем у ведьминых дочек. Почему, я сама не знала, но магия любит подобные мелкие шуточки. Однако сложности с чарами были у меня всегда и сейчас значились где-то в самом низу списка, в начале которого стояли куда более важные пункты — например, выяснить, что от меня нужно привидению Козетте.

Я потрусила домой, ломая голову над тем, где же, прах побери, раздобыть некроманта, — разве что в буквальном смысле слова рыться в могильном прахе?

Пять минут — и я была дома, в тепле и сухости, по крайней мере, на пороге вестибюля; оставалось еще подняться на пять пролетов. Я положила ладонь на парадную дверь, и кобальтовые защитные чары вспыхнули, словно неоновая вывеска в сумраке, снова впитались в косяки, и дверь подалась. Отняв руку, я вдохнула знакомый аромат восковой мастики для пола, а с ним и свежий — и куда менее приятный — запах сырой плесневелой земли и чеснока.

— Проклятущие ведьмы, — процедила я и сморщилась.

Я щелкнула выключателем, но, как обычно, ничего не произошло, — в люстрах, свисавших из-под высокого эдвардианского потолка, по-прежнему не было лампочек. Хозяин дома, мистер Трэверс, что-то затаился. Моим соседкам-ведьмам темнота была нипочем: все они могли наколдовать себе огненные шары. Но хотя у меня и «оранжевые котячьи глаза» (лично я предпочитаю называть их янтарными), в темноте я вижу примерно так же фигово, как колдую, так что пришлось полагаться на свет уличных фонарей, сочащийся сквозь витражную фрамугу над парадной дверью. А этот свет не мог ни развеять темные тени, таящиеся на лестнице, ни осветить высокую, темную, неподвижную фигуру на площадке надо мной.

Сердце у меня екнуло, я уставилась в темноту, а потом вздохнула с робким облегчением — мне удалось разглядеть толстое древко и березовые прутья метлы-оберега. Еще раз проклятые ведьмы! Мало того что с чесноком переборщили, еще и всякий хлам на лестнице сваливают. Впрочем, не привидение — уже спасибо. Поежившись, я вытащила из полиэтиленового пакета заботливо приготовленное до пробежки полотенце и вытерла мокрые лицо и волосы. Шагая к лестнице на цыпочках — наш гоблин-уборщик Элигий был не из тех, кто потерпит мокрые следы на оттертом черно-белом кафельном полу, — я натянула через голову сухой свитер и почувствовала, как холод мало-помалу отступает.

— Дженни!

От гулкого баса я так и подскочила.

— Можно тебя на пару слов? Пожалуйста.

Сердце у меня упало. Я натужно улыбнулась и повернулась к хозяину дома:

— Конечно, мистер Трэверс!

«Если эта пара слов не о выселении из квартиры», — добавила я про себя, глядя снизу вверх на горного тролля ростом добрых восемь футов.

Он напоминал Халка из фильма, только Халк желто-зеленый, а мистер Трэверс — всевозможных оттенков коричневого. Он с головы до пят задрапировался во что-то вроде бархатного мешка песочного цвета, оставлявшего бугристые бежевато-бурые руки обнаженными. На самом деле мистер Трэверс весь светло-бежевый, а уродливые бурые комья — это была налипшая и еще не отслоившаяся земля. Он залегал себе геологическими пластами в подвале — так он боролся с эрозией из-за задымленного лондонского воздуха — и никого не трогал, но мои соседки заставили его выкопаться и заняться их жалобами. На меня.

— Извини, нехорошо получается, но госпожа ведьма Уилкокс опять недовольна. — Мистер Трэверс нахмурился, его лоб прорезали глубокие трещины.

Ведьма Уилкокс жила на четвертом этаже, была полна решимости меня выселить и не жалела ради этого сил и красноречия. Дело осложнялось тем, что до выхода на пенсию она состояла в Ведьминском совете, и от нее нельзя было так просто отмахнуться.

— Мне кажется, я не делала ничего такого, что вызвало бы ее недовольство, — проговорила я, делая ставку на дипломатию.

— Дженни, ты же понимаешь, не важно, что ты делала и чего не делала, — угрюмо пророкотал тролль. — К ней приехала пожить внучка. Насколько мне известно, она только что рассталась с женихом и потеряла работу, поэтому чувствует себя несколько неуверенно. Госпожа ведьма Уилкокс говорит, что ее внучке в ее нынешнем состоянии может навредить соседство феи-сиды… — он подался вперед и похлопал по почтовому ящику, — особенно если учесть, сколько писем шлют тебе вампиры…

Вот зараза! В пекло дипломатию!

— Она что, думает, я силком потащу ее внученьку в вампирский клуб и устрою ей Укус только потому, что какие-то кровососы прислали мне несколько писем? — Я фыркнула. — И вообще, даже если бы я решила натворить таких глупостей, внучка-то у нее ведьма, так что ни в какое лицензированное вампирское заведение ее и на порог не пустят!

— Дженни, я это понимаю, и она тоже должна понимать. — Мистер Трэверс яростно почесал руку, отчего на мраморный пол посыпались хлопья сухой земли. — Я пытался напомнить ей о старинных соглашениях и объяснить, что ни один вампир в Британии их не нарушит, но она и слушать не хочет!

Соглашения были не просто старинные, а древние, их заключили еще в четырнадцатом веке, когда ведьмы и вампиры столкнулись лицом к лицу с группой религиозных фанатиков — охотников на ведьм. Охотники искореняли любое колдовство на корню и, обнаружив преступника, не тратили время на разбирательства, кто он и что он. Столкнувшись с общим врагом, вампиры с ведьмами решили объединиться ради самосохранения и заключили перемирие на условиях «живи и давай жить другим» — перемирие, остающееся в силе и в наши дни.

Разумеется, нынешние ведьмы предпочитают забыть, кто спас их от перспективы долгих пыток и поджарки на решетке, но вампиры живут дольше и память у них лучше — благодаря Дару кое-кто из них лично был свидетелем тогдашних событий, — а кроме того, крайне серьезно относятся к «слову чести». Поэтому ведьмы, а также все, кто удостаивался их протекции — два месяца назад в их число входила и я, но теперь все изменилось, — последними оказались бы в числе гостей-деликатесов на вампирском званом обеде. К несчастью для меня, если ведьма впадает в паранойю, подобные соображения ее не останавливают.

— Хотел, чтобы ты была в курсе дела, Дженни. — Пыль висела над головой мистера Трэверса нервным бежевым облачком. — Мне правда очень неприятно, ты такая хорошая съемщица. — Уступы бровей сочувственно опустились. — Но если она подаст жалобу выше, я уже ничего не смогу поделать.

— Понимаю, заявление пойдет в Ведьминский совет. — Я вяло похлопала его по руке в знак благодарности и тут же пожалела: от руки отвалился большой кусок сухой глины, а под ним виднелась воспаленная мокнущая кожа. Разнесся густой запах сырости, и я с трудом сдержалась и не закашлялась. — Надеюсь, совет не примет его всерьез, — проговорила я, когда смогла.

— Я обязательно замолвлю за тебя словечко, Дженни. — Мистер Трэверс полез в карман своего балахона, извлек оттуда бумажный пакетик и протянул мне. — Хочешь сливочный леденец?

Я взяла конфетку, чтобы не обидеть его.

— Спасибо, — улыбнулась я и добавила: — Съем потом. — Скорее уж никогда: я не собиралась ломать себе зубы о тролльи сладости. — И что предупредили, тоже спасибо. Я постараюсь сделать так, чтобы письма больше не приходили.

Тролль коротко улыбнулся мне в ответ, губы разомкнулись, показав истертые бежевые зубы.

— Я тут подумал… хотел с тобой посоветоваться, Дженни.

Он умолк и опустил глаза, словно бы смутился из-за кучки сухой земли у своих ног.

— Мм… ничего, если спрошу?

— Давайте, — кивнула я.

Он пошевелил землю ножищей, похожей на кирпич.

— Я вот подумал, может, полировку себе сделать… — тихо пророкотал он, украдкой взглянул на меня и снова уставился в пол. — Все только об этом и говорят, но я решил: наверно, староват я уже… а на Хеллоуин будет праздник, и… — Он поднял руки в пятнах глины. — Не могу же я так пойти.

— Ну, по-моему…

— Да, молодые тролли полируются, — очертя голову зачастил он, и по его лицу побежали тревожные трещины, — ну, и еще иногда бетонные, но я не хочу выглядеть дураком! Как ты думаешь, делать полировку или не надо? К тому же я боюсь, что будет больно, современные методы не значит самые лучшие, правда?

Я заморгала, не зная, имею ли право давать косметологические рекомендации троллю; мистер Трэверс мне нравился, и мне совсем не хотелось оказать ему медвежью услугу своим советом. Но единственным троллем, с которым я была близко знакома, был мой друг Хью, сержант полиции Хью Манро, а он сейчас поправлял здоровье в Кернгормских горах, среди соплеменников, — не так давно он пострадал при исполнении служебных обязанностей. Сам-то Хью придерживался традиционных взглядов, однако если подумать…

— Вот что, — сказала я, слегка нахмурясь. — У меня есть знакомый тролль, который делал себе полировку, он работает в полиции, его зовут констебль Тейгрин. — А констебль Тейгрин, возможно, подскажет мне, где найти некроманта, следовательно… — Давайте я ему позвоню и спрошу, может быть, вы с ним поговорите, хорошо?

— Замечательно, Дженни, огромное тебе спасибо! — Лицо мистера Трэверса расколола радостная улыбка. — Так и знал, что нужно спросить именно тебя. — Он снова протянул мне пакетик. — Возьми еще леденец!

Я вежливо приняла подношение, и мистер Трэверс на удивление бесшумно двинулся прочь, бормоча что-то насчет швабры и совка. Несколько растерявшись, я сунула леденцы в свой полиэтиленовый мешок, прямо к мокрым кроссовкам, а потом повернулась, чтобы как следует рассмотреть возмутительный почтовый ящик — моя ячейка, как обычно, была битком набита. Ведьме Уилкокс есть на что жаловаться.

По вестибюлю разнеслись механические звуки музыкальной темы из «Хеллоуина», и у меня ушла целая секунда на то, чтобы сообразить, что это звонит мой мобильник. Мелодию выбирала не я — это досадные последствия моей работы в фирме «Античар». Я вытурила компанию гремлинов из-под Тауэр-бридж, и эти тварюги наслали на мой телефон технопорчу. Я целую неделю пыталась снять ее, то есть взломать, хотя дело шло к концу октября и такая музыка была даже кстати, но мой телефон все равно перебирал в случайном порядке мелодии из классических ужастиков, и это было катастрофически непрофессионально: многие клиенты жаловались. Я вытащила телефон из заднего кармана шорт, но, когда увидела, кто звонит, досаду как рукой сняло и я разулыбалась.

— Грейс! — Тут я вспомнила, почему она звонит: ее беспокоила вся эта дурацкая история с письмами от вампиров, и, хотя я готова была расцеловать ее за то, что она, душечка, проверяет, все ли у меня хорошо, лишние тревоги были ни к чему ни ей, ни мне. Я попробовала ее отвлечь. — Слушай, у тебя случайно нет знакомого некроманта, а?

8 видов поцелуев, которые просто сведут его с ума

Поцелуй — это искусство. Какой бы способ поцелуя вы ни выбрали, важно, чтобы он приносил эмоциональный всплеск вам и вашей половинке. Невинные или игривые — поцелуи вносят разнообразие, дополнительную энергию в вашу жизнь. В статье приводятся некоторые виды, надеемся они значительно разнообразят ваши отношения с любимым.

8 видов поцелуев, которые просто сведут его с ума

1. Внезапный поцелуй, которого никто не планировал

Такие поцелуи накатываются как волны, и ты уже не можешь контролировать ничего. Он повышает уровень адреналина, который трудно остановить, с ним невозможно бороться. Это драма и экстрим.

2. Поцелуй девственниц

Он похож на первый поцелуй: невинный, милый, привлекающий своей таинственностью, поэтому со страхом в глазах. Обычно начинается с легких прикосновений губами, которые впоследствии могут перерасти в настоящую страсть. Такой поцелуй надолго останется в вашей памяти.

3. Влажный поцелуй

Для этого слегка смочи губы слюной и прикоснись к губам своего возлюбленного.

4. Холодный или горячий поцелуй

Контрасты температур могут сделать чудо. Возьми в рот кубик льда, остуди язык и губы, а потом поцелуй своего партнера. Или же выпей горячего кофе и тогда поцелуй его. Увидишь, как романтический настрой вспыхнет между вами.

5. Сладкий поцелуй

Такая игра понравится всем ценителям сладостей. Перед поцелуем необходимо запастись десертами, фруктами, сливками. Вкус поцелуя будет незабываемым.

6. Дождь из поцелуев

Кто сказал, что нужно целоваться только в губы? Покрой все лицо своего любимого нежными поцелуйчиками. Поверь, это гораздо лучше обнимашек, ему это понравится!

7. Агрессивный поцелуй

Захвати его врасплох. Нападай и покусывай его. Но не увлекайся, потому что можешь сделать больно.

8. Поцелуй эскимосов

Они целуются, потершись носами друг о друга. Ну разве это не мило?

Конечно, поцелуи – не панацея для решения проблем в отношениях пары. Но именно они позволяют человеку быть в отношениях нежным, горячим, любящим, скандальным, грубым или податливым. Экспериментируйте и будьте счастливы, а поцелуи вам в помощь.

( 4 оценки, среднее 4.5 из 5 )

Как целоваться, чтобы свести его с ума

27 января 2015Старостина Наталья

Существует огромное количество видов и техник поцелуя, в том числе и те, которые гарантируют успех в деле первого обольщения или разжигания страсти у партнеров «со стажем». Разомните губы и приступайте к приятным тренировкам

Одна из самых чувствительных частей тела человека — это область рта, в частности, губы. Вот почему с незапамятных времен поцелуй остается самым проверенным физиологическим способом выражения привязанности и любви. Прикосновение к губам говорит о наших истинных чувствах и эмоциях лучше нас самих. Поцелуй-забота, поцелуй-обман, поцелуй-нежность, поцелуй-я-твоя-навеки или поцелуй-выходи-за-меня. Это отправная точка для близкого знакомства и сигнал к расставанию, если в жизни подобных знаков внимания от мужчины катастрофически не хватает. Хотите, чтобы он потерял голову, даже когда устал/занят/голова болит/первый раз вас видит? В момент страстного поцелуя продемонстрируйте ему свое желание на языке тела с помощью прикосновений — пальцами, пылающим телом и тяжелым, обжигающим дыханием. В коротких перерывах можно прошептать, как сильно вы его хотите. А теперь предлагаем перейти от слов к делу и попробовать несколько оригинальных техник.

kiss

Поцелуй Скарлетт О’Хары

Поцелуй-атака, поцелуй-ураган! Этот вид сближения всегда требует начальной сцены, даже больше — драмы. Вспомните канонический эпизод из «Унесенных ветров», в котором герой Кларка Гейбла решительным жестом притягивает к себе свою «жертву» и очень крепко сжимает ее в объятиях, а она смотрит на него снизу вверх со стороны правого плеча. Важный момент — не закрывать глаза до самого начала поцелуя — эффект неожиданности, игры и страсти получится более убедительным.

Поцелуй SOS

«Точка. Тире. Точка. Точка.» Время изучить азбуку Морзе, причем самым нестандартным и приятным способом. Представьте, что с помощью поцелуя вам нужно передать возлюбленному важное сообщение. За «точку» можно принять, например, быстрый и сочный «чмок» в губы, а за «тире» — проникновенный французский.

Застенчивый поцелуй

Первая искра, как предвестник большого пламени. Он начинается очень тактично, кажется, что вы практически не касаетесь губ друг друга — все должно происходить максимально нежно и медленно. Не торопите события, и заведете своего партнера по полной программе.

lips

Влажный поцелуй

Слегка смочите губы водой, таким образом вы передадите партнеру приятное ощущение тепла. Неторопливо, но уверено продвигайся дальше уже языком и наслаждайся ураганом ярких и смешанных чувств.

Холодный поцелуй

Как страстно целоваться? Сыграйте на контрастах! Перед тем, как сомкнуть ваши губы в едином порыве, поддержите во рту кубик льда и поводите им по губам, пока не растает. Такой трюк с охлаждением не притупит, а наоборот — сильно взбодрит мужчину.

coldkiss

Сладкий поцелуй

Чтобы сделать поцелуй незабываемым, достаточно облизать губы, затем слегка присыпать их сахарным песком, а потом — предложить любимому сделать свой день немного слаще. Можно использовать и другие эссенции: корицу, ваниль, кокосовую стружку. Кокетливая игра с разными вкусами и новыми ощущениями очень возбуждает. Главное, заранее удостовериться, что ни у кого из двоих нет на пряности и сладости аллергии.

Агрессивный поцелуй

Нет, совсем не обязательно запасаться плеткой, наручниками и томиком «50 оттенков серого» в качестве инструкции! Приготовьтесь кусаться! В момент притяжения прикусите нижнюю губу партнера и тихонечко потяните на себя. Не переусердствуйте, мужчины бывают очень чувствительны к боли.

 magickiss

Поцелуй «волшебные пузырьки»

Страстный поцелуй или все-таки странный? Тем не менее, эксперты советуют: сильно сожмите губы и затем откройте их резко, должен получиться звук, похожий на вылетающую пробку от шампанского в Новый год. Поцелуй получится звонкий и немного дурашливый, но вместе с тем — очень игривый.

Филлипинский поцелуй или любовь эскимосов

Знакомое многим из детства трогательное движение — потереться кончиками носа друг с другом. У его более взрослой версии ей мягкое и чувственное продолжение — потереться губами, а затем целоваться так долго, будто вся арктическая зима впереди.

Холодный поцелуй ночи

Открыт ПродаМайнинг

Он – архивампир, который уже однажды любил и потерял. Он был лишен всего, что хоть что-то значило. В наказание за чудовищные преступления он был заточен и спал целую эпоху.
       Она – чистокровный дракон, которого хотели убить, но не смогли. Она – его воспитанница и приемная дочь. Только вот дочь выросла. И что делать, если она полюбила того, кто любить не может, ибо с гибелью избранницы умерла и его душа.
       Ее ссылают в Западную Видьят для обучения. И чтобы она одумалась и перестала страдать по мужчине, который никогда не станет ее.
       Но, у архивампира много врагов, и они с чего-то решили, что ему будет дело до судьбы бывшей воспитанницы…
       А враги рода девушки с чего-то решили, что могут поднять руку на ту, кого защищает архивампир…
       
       *Примечание автора:
       1 том дилогии (сейчас дилогии)
       

Часть большого проекта «Эпос Аарды»


       Цикл: Дракон над Западной Видьят
       События происходят за два года до событий первых книг «Арт в Северной Видьят»
       Читать можно и нужно отдельно. В идеале герои всех четырех циклов про учеников 4 магических Школ должны встретиться, где главным персом выступает Веселина Ристит (Ратри).
       Ну а пока они стартуют отдельно и пишутся отдельно. Главное — события происходят в одном мире, дорогие читатели.

Категории: Остросюжетные любовные романы, Любовно-фэнтезийные романы, Книги про вампиров, Книги про волшебников, Фэнтези про драконов, Стимпанк, Романтическое фэнтези, Боевое фэнтези, Приключенческое фэнтези


Дата размещения: 24.05.2018, 16:00

Дата обновления: 24.05.2018, 15:49



758 просмотров | 0 комментариев | 4 в избранном | 0 наград

Часть текста
для всех Размер: 2,31 алк / 92529 знаков / 7 стр

Хэштег: #Магическая_Академия_

Из цикла: Эпос Аарды. Дракон над Западной Видьят.


Произведение наградили Что такое награждение?

Данное произведение еще не награждали.

Шоколадные розетки с сорбе «холодный поцелуй в сердце».

Шоколадная крошка. В подходящей посуде соедините все ингредиенты для шоколадной крошки. Замесите руками тесто (у вас получится липкая масса, так и должно быть). Заверните тесто в пищевую плёнку и уберите в холодильник на 40 минут. Застелите противень пергаментом, выложите тесто и раскатайте его скалкой (примерная толщина 4мм). Выпекайте в разогретой до t=180С духовке 10-13 минут. Охладите, затем раскрошите руками в мелкую крошку.

Шоколадное сорбе. Шоколад нарубите ножом. В сотейнике вскипятите воду с сахарной пудрой. Всыпьте в кипящий сироп какао и шоколад, помешивая, доведите до кипения и снимите с огня (шоколад должен полностью раствориться). Получившуюся массу выложите в глубокую тарелку, накройте крышкой и на 1 час уберите в морозильную камеру. Через час перемешайте и верните на мороз ещё на 1 час (время заморозки зависит от вашей морозилки, шоколадная масса должна быть податливой и не промёрзнуть полностью).

Розетки. Формочки застелите пищевой плёнкой, оставив длинные концы. Подверните концы плёнки под края формочек. Растопите шоколад на водяной бане или в СВЧ, добавьте сливочное масло и тщательно перемешайте (я шоколад топила в 2 приёма). При помощи кулинарной кисточки нанесите на формочки тонкий слой шоколада. Черенком чайной ложки пройдитесь между зубцов формочек (это следует делать только 1 раз, для более тщательного прилегания плёнки к бортикам форм и получения чёткого рисунка). Уберите формочки на 15 минут в холодильник, или до полного застывания шоколада. Затем промажьте формочки ещё одним слоем и снова поставьте в холодильник. Наносите слои, пока не закончится весь шоколад. Когда шоколад полностью застынет, аккуратно выньте розетки из форм и освободите от плёнки.

Замороженному сорбе придайте форму шариков (6 штук) и уберите в морозилку до полного застывания.

Шарики сорбе обваляйте в шоколадной крошке.

Разложите сорбе по розеткам, украсьте измельчёнными фисташками и незамедлительно подавайте.

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о