Фотограф игорь верещагин: Верещагин, Игорь Евгеньевич — Википедия – 10 фотографий из новой книги Игоря Верещагина — Bird In Flight

"Люди просто должны тебе доверять" – Москва 24, 20.03.2017

Классифицировать то, что делает Игорь Верещагин – занятие бессмысленное. Подборки его снимков в равной степени включают в себя как отчеты с рок-концертов, так и городские зарисовки, сделанные с удивительной точностью. Его стиль узнаваем, любим и неизменно вызывает массу эмоций. Пожалуй, его работы можно назвать "настоящей московской фотографией". Манерой, позволяющей профессионально, четко, но очень тепло передать жизнь и энергию современного города и его обитателей. Обозреватель m24.ru Алексей Певчев побеседовал с Игорем Верещагиным на его первой персональной выставке Given&Stolen ("Подаренное и украденное"), открывшейся в Московском музее современного искусства на Тверском бульваре.

Игорь Верещагин. Автопортрет. Фото предоставлено автором

– Судя по работам, датированным семидесятыми годами прошлого века, с фотоаппаратом вы дружите давно. Помните первую свою первую камеру и первые фотоопыты?

– Наверное, это редкий случай, но я точно знаю день, месяц и год, когда я в первый раз нажал на кнопку фотоаппарата. Недавно рылся в отцовских негативах – он имел привычку резать пленку, складывать негативы в конверт и подписывать. Вот я и обнаружил конверт с надписью "Я и Маша. Снимал Игорь. 12 июня 1957 года". Так что, в этом году у меня 60 лет в фотографии. Первым фотоаппаратом был "Зоркий", потом "ФЭД" и "Киев", ну а осознанно я стал фотографировать в школе на шпионские "Киев-Вега" или "Вега-2", они позволяли потихонечку снимать друзей и родных.

– Фотографировать музыкантов вы стали значительно позже, но увлечение роком тоже из детства?

– В середине шестидесятых я уже активно слушал западное радио, где звучали The Beatles, The Rolling Stones, Beach Boys. Потом у меня появилась первая катушечная "Астра-2", на которую я переписывал неясно откуда привезенные в Братск записи. В то время плохих групп просто не было, но получить о них визуальную информацию не получалось. Правда, потом появились журналы из соцстран польские, чешские, и, наконец, ГДРовский “Время в картинках” – в нем я наткнулся на фото, где The Beatles плавают в бассейне, и выпал в осадок. В общем – все это и подхлестнуло меня к тому, чем я до сих пор занимаюсь.

– В Сибири удавалось практиковаться на гастролерах вроде разных "Песняров"–"Верасов"?

– К нам в Братск и позже в Томск, куда я поехал учиться, редко кто приезжал. Кроме того, я слушал только западную музыку и в упор не принимал советскую. "Машину Времени" впервые услышал в 1980 году, а что касается разнообразных ВИА, то я их в упор не видел, они казались кошмарным “дерибасом”. Первыми, кого я стал снимать, стали музыканты группы “Квартал”, и случилось это гораздо позже. Мне было 42 года, я приехал в Москву и встретил своего земляка Арика (Артур Пилявина – лидера группы “Квартал” – прим. m24.ru), которого знал с тех времен, когда он только начинал играть на органе. Здесь же у Арика, обладавшего широченными музыкальными знаниями, оказалась масса друзей-музыкантов, и однажды он познакомил меня с Гариком Сукачевым. Я снял его концерт во МХАТе, потом работал фотографом на его фильмах. Ну, а потом я стал снимать и западных музыкантов, и все закрутилось.

– Гарика вы снимаете чаще всего и, прямо скажем, с особым чувством. Почему?

– Если честно – его "Маленькая бейби", увиденная мной по ТВ в конце 1980-х, порвала меня настолько, что стала одним из побудительных моментов перебраться в Москву. Ну, и еще у Гарика не бывает плохих концертов. Если бы я с такой отдачей снимал все время, я бы, наверное, был величайшим мировым фотографом. Возможно, Валерий Леонтьев, например, тоже работает на полную, но меня его творчество не трогает вообще, а в случае с Гариком как раз все совпадает.

– Вам интереснее снимать отдельных личностей или фестивальные репортажи?

– Раньше было интересно было снимать "Нашествие", до того момента, как оно не превратилось в "Зарницу". Был замечательный фестиваль "Крылья", на котором выступал Игги Поп, и это было незабываемо.

– В процессе концертных съемок фотографы часто попадают в необычные ситуации. Вы, как мне известно – не исключение?

– Да, однажды меня не хотели пускать на "Максидром" с огромным телевиком и долго проверяли, не оптический ли это прицел. Однажды во время одного из кинофестивалей на открытой сцене должен был выступать Чак Берри. Я крутился с широкоугольником возле сцены, и тут на меня неожиданно взъелся Стас Намин. Мы с ним разругались, я уехал, а через час услышал по радио в машине песню Чака. Я бросил машину, вернулся и телеобъективом снял тот кадр, который был нужен, тем объективом, который и нужен был в этой ситуации как раз.

Однажды сам Чик Кориа просил охранников разрешить мне снять его выступление в зале Чайковского, а они уперлись и не дали. Вообще, такое происходит не только у нас. Мой кумир музыкальный фотограф Джим Маршалл вообще бросил снимать концерты, потому что надоело пререкаться с охраной. Раньше телевидение не так часто снимало концерты, и печатным фото уделялось гораздо больше внимания. Ну, а потом еще появился интернет…

– Вас не раздражает, что сегодня можно сделать фото любым электронным гаджетом, и в итоге действительно интересные работы теряются в груде шлака?

– Да ну! Мне кажется, наоборот, это кайф. Чем больше люди снимают, тем интересней жить. Смотришь в ленту Facebook и удивляешься кадрам, сделанным людьми, совершенно на это не заточенными, но оказавшимися в нужном месте и в нужное время. Никакой ревности у меня точно нет.

– А чисто эстетического отвращения от потока селфи, силиконовых дакфейсов, выставленных вперед ножек?

– Знаете, я их просто пролистываю, и у меня не остается ни отрицательного, ни положительного впечатления. Ну зачем обращать внимание, если кто-то строит рожу? Да пусть строят сколько хотят!

– Мне очень нравится цикл ваших "тайных" снимков, пассажиров метро. Случается ли, что вас замечают и просят этого не делать?

– Если я вижу, что человек опасается, я его просто не снимаю. Не хочется никого напрягать. Однажды на концерте "Машины времени" в Лужниках я снимал страстно целующуюся и обнимающуюся на первом ряду парочку. Один особенно страстный кадр выложил в сеть. Через 20 минут этот парень уже стучался ко мне в личку – "Срочно уберите! Иначе моей семье конец!" Я, естественно, сразу убрал.

– Кто для вас остается неизменным мастером, чьими работами вы восхищаетесь всю жизнь?

– Это, в первую очередь, Йозеф Судек – уникальный, великий фотограф. Он снимал великолепные пейзажи и натюрморты, и делал это только форматной камерой. Йозеф потерял руку на Первой мировой войне и то, как он управлялся со своей огромной камерой – отдельный подвиг. Когда немцы захватили его родную Прагу, Судек не выходил из дома и снимал свое окно. Не выходя из комнаты, он наснимал таких шедевров, каких не достичь многим путешественникам.

Если говорить о жанровой фогографии, о street-photo, то – это Анри Картье-Брессон, Эллиотт Эрвитт и совершенно уникальная женщина-фотограф Вивьен Майер. Она никогда не выставлялась, почти не печаталась. Снимала только для себя и ничего никому не показывала, а после ее смерти нашли огромные архивы. Сейчас один парень, который все это раскопал, выпускает альбомы, проводит выставки. Смотреть на Штаты пятидесятых, шестидесятых и семидесятых годов на фото Вивьен Майер – одно удовольствие. Удивительно, что о ней узнали только в XXI веке.

– Один из моих любимых фотографов Антон Корбайн на вопрос, в чем секрет его мастерства, ответил: “Оставаться незаметным”. Секрет Верещагина чем-то схож с секретом Корбайна?

– Конечно! У уже упоминавшегося Джима Маршалла есть книга "Доверие" (Trust), где подобные вещи хорошо описаны. Люди просто должны тебе доверять. Мои герои отлично знают: где бы я их ни снял, я ни за какие деньги не побегу продавать все желтой прессе. Действительно, очень интересно снимать то, что происходит за сценой до и после концерта, но надо четко понимать настроение людей и не болтаться под ногами. Кто-то из артистов привык сосредотачиваться, кто-то пытается снять волнение весельем. Ну и, конечно, важно использовать широкоугольный объектив и недавно появившиеся фотоаппараты без звука. Кстати, благодаря такой камере я сейчас с удовольствием снимаю и оперу, и концерты симфонической музыки, где уж точно не пошумишь.

10 избранных фотографий Игоря Верещагина

С комментариями автора

Фото предоставлено Игорем Верещагиным


"Наша цель – коммунизм". Это в институте, во время выезда "на картошку", точнее – на уборку зерна. Этот пейзаж снят много лет назад, но не сомневаюсь, что там все по-прежнему.

Фото предоставлено Игорем Верещагиным


"Пацаны". Это ребята из моего двора. Они чем-то похожи на музыкантов группы Animals. Боюсь, их судьба сложилась очень плохо. Именно на это поколение пришелся дикий всплеск наркомании в Братске. У многих моих одноклассников дети умерли в это время.

Фото предоставлено Игорем Верещагиным


"Любовь". Когда попадаю в метро, я никогда не стою на эскалаторе. В этот раз я спускался и увидел этих полицейских, которые начали целоваться еще на ступеньках. Я прошел вперед, выставил расстояние и стал ждать. Они меня обогнули, продолжая целоваться, и я сделал кадр. Удивительно, что у парня с собой еще и гитара.

Фото предоставлено Игорем Верещагиным


"Правильное воспитание". Моя аудиотехника часто менялась. Это еще в Братске – мой первый магнитофон "Маяк-001". Потом была "Вега" и дальше – только японские аппараты. Кто-то, наверное еще вспомнит советские наушники с удивительной надписью "головные стерео телефоны" на коробке. Что здесь слушает моя дочка Ира, я не знаю, но в Томске у нас был случай. Мой товарищ, уезжая на военные сборы оставил мне свои катушки. Я качал Иру во взятой на прокат коляске и слушал в наушниках альбом Pink Floyd – Dark Side Of The Moon. Заслушался так, что задремал и не услышал как коляска перевернулась. Ира там под ней орала, но разве Pink Floyd переорешь?

Фото предоставлено Игорем Верещагиным


The Rolling Stones. Они вышли из своего самолета, и на них набросилось около 200 съемочных групп. The Rolling Stones выходят и – так получается – подходят прямо ко мне. Будто знали, что я жду их с 1964 года, с того момента как впервые услышал по радио.

Фото предоставлено Игорем Верещагиным


"Теодор и Карл". Это Теодор Тэжик – знаменитый скульптор и художник-постановщик, все видели его работы, например, в фильме "Кин-дза-дза". Снимок сделан у него дома. Карл – это одна из его двух собак, к которым он очень нежно относится. Одна из собак была парализована, и он сделал ей специальную тележку и костюм, чтобы она не замерзала. Парализованных собак в гостиницу не пускают, а с этими колесиками было можно, – так он и ездил из Москвы в Прагу и возил собак туда-сюда.

Фото предоставлено Игорем Верещагиным


Джон Маклафлин. Он частенько бывал в Москве, но я ни разу не попадал на его концерты. Это удивительно – слушаешь человека с 1974 года, и целых два раза пропускаешь его концерты у себя на родине.

Фото предоставлено Игорем Верещагиным


Земфира. Это ее первый сольный концерт в "Олимпийском". Такого вовлечения публики в концерты мало у кого можно было наблюдать. Безбашенное было время.

Фото предоставлено Игорем Верещагиным


Сергей Воронов. Я приехал в Киев со своим товарищем Эркином Тузмухамедовым на выставку Астрид Кирхгерр – подруги The Beatles во времена их "гамбургского" периода начала шестидесятых. Мы стали шататься по улицам и увидели, что в городе играют "Неприкасаемые". У них было свободное время, и я Сергея позвал с нами на выставку. На втором этаже обнаружилось фото двух воронов, ну, грех было бы не усадить третьего и не сфотографировать.

Фото предоставлено Игорем Верещагиным


Ринго Старр. На первый концерт Ринго в Москве я не попал. У меня только что родилась внучка, я мчался с самолета, опоздал и меня не пустили. Зато второй раз я уже подготовился. Снимок сделан на пресс-конференции, когда Ринго задали какой-то странный вопрос.

Фото предоставлено Игорем Верещагиным


Владимир Фредекс. Я давно хочу выпустить книжку, для которой уже давно снимаю известных и интересных мне людей с их любимой виниловой пластинкой, от которой в свое время у них снесло крышу. У Володи Фредекса это была рок-опера Jesus Christ Superstar.

«Подаренное и украденное» от культового рок-фотографа Игоря Верещагина: b_picture — LiveJournal

«Если я снимаю и меня не замечают — это значит, что я ворую чей-то образ, а если смотрят, видят, что я фотографирую, — значит, мне его дарят. У меня есть такой снимок: в метро сидят три старушки, спят. И между ними сидит мой внук, который смотрит прямо в глаза. Получается и подаренное, и украденное, и given, и stolen», — рассказал Игорь Верещагин о названии предстоящей персональной выставки.

С 10 марта по 16 апреля в Московском музее современного искусства на Тверском бульваре будет проходить выставка Given&Stolen («Подаренное и украденное») фотографа Игоря Верещагина. В нее войдут более ста работ, выполненных в жанре «уличная фотография», а также репортажные фотографии с рок-концертов. Выставка пройдет в рамках X Московской международной биеннале «Мода и стиль в фотографии — 2017».



Гарик Сукачев.

Игорь Верещагин — культовый русский рок-фотограф.


Гарик Сукачев.

На эксклюзивных правах снимал The Rolling Stones, Игги Попа, Элиса Купера, Пола Маккартни и Роберта Планта.


Его работы публиковались во множестве отечественных и западных журналов, а также использовались для оформления плакатов и обложек альбомов таких известных артистов и групп, как Jethro Tull, «Чайф», Гарик Сукачев, «Сплин», «Би-2», и многих других.


«Сколько поистине уникальных портретов работы Игоря я видел в своей жизни! Сотни российских и зарубежных музыкантов и артистов схвачены его цепким взглядом. Некоторые его фотографии — в числе моих самых любимых: Игги Поп, Гарик Сукачев, Толик Крупнов. Он глубоко проник в самую суть своей профессии. Настоящий мастер своего дела! В его руках любая камера — от супердорогущей зеркалки до заурядного айфона — способна творить чудеса», — рассказывает идеолог и лидер группы «Ва-Банкъ» Александр Скляр.


На протяжении пятнадцати лет (с 1997 по 2012 год) Игорь Верещагин был фотографом-консультантом компании Canon на технических выставках, проводимых в России.


Был фотографом на съемочной площадке таких фильмов, как «Кризис среднего возраста», «Праздник» и «Дом солнца» (режиссер: Гарик Сукачев), в последнем из которых еще и снимался. Также фотографировал на съемках картин «Жизнь забавами полна» (режиссер — Петр Тодоровский), «Игла Remix» (режиссер — Рашид Нугманов) и «Монгол» (режиссер — Сергей Бодров-старший).


Выставка Игоря Верещагина продлится в Московском музее современного искусства на Тверском бульваре по адресу: Тверской бульвар, дом 9.


Ринго Старр.


Ольга Свиблова — российский режиссер документального кино.


Американский фотограф Энни Лейбовиц.


Смотрите также: Как выглядели культовые рок-группы в самом начале карьеры

источник


Понравилось? Жми лайк!

Игорь Верещагин о стрит-фотографии / Авторские колонки / Лучшие фотографии

Дата публикации: 29.08.2017

Некоторые считают street-фотографию занятием для бездельников, некоторые — для тех, кто не умеет фотографировать. Но есть те, кто просто любят это делать. Я отношу себя к последним.

В street-фотографии чувствуется дух времени, особенно по прошествии нескольких лет. Порой, снимая людей в их обычной обстановке, фотограф не придаёт значения деталям, которые впоследствии становится значительными, а иногда и самыми главными.

Что такое street-фотография для меня? Прежде всего, это снимок неуловимого и неповторимого момента жизни, при котором я присутствовал. Street-фотография отображает неподдельные эмоции обычных людей в атмосфере повседневности, со всеми невзгодами, радостями и, конечно, чувствами.

Вот, например, одна из моих главных фотографий, отобразившая чувства:

Игорь Верещагин о стрит-фотографии

Love © Игорь Верещагин

Снимок был сделан в московском метро. Эта милая пара стояла на эскалаторе, а я проходил мимо. В этот момент в голове уже зародилась архитектоника кадра. Я прошёл немного вперёд, остановился, заранее сфокусировал камеру и стал ждать, когда персонажи обойдут меня. Ребята не подвели…

Фотограф должен уметь дожидаться нужного кадра. Иногда это ожидание составляет пару минут, иногда — пару часов. Но результат того стоит.

Съёмка телевиком на улице для меня не совсем street-фото. Я предпочитаю находиться внутри события, поэтому основные объективы для street-съёмки — 35 мм, 28 мм и даже 21 мм (или эквиваленты). Вот мы и подошли к вопросу выбора техники.

Конечно, предпочтительнее маленькие, малозаметные камеры. Здесь почти вне конкуренции беззеркалки. Кроме небольших размеров, у них есть чудесное качество — бесшумный режим. Это помогает оставаться незамеченным или не разбудить спящего человека.

Route 19 © Игорь Верещагин

Route 19 © Игорь Верещагин

Если вы только собираетесь заняться стрит-фото, не нужно сразу начинать с приобретения новой техники, можно попробовать свои силы с любым, имеющимся у вас, фотоаппаратом. Это поможет сэкономить финансы, если вы поймёте, что фотография — не дело вашей жизни. А так же понять, какой вид съёмки вам наиболее интересен, чего не хватает в вашем фотоаппарате и сориентироваться, какой профессиональный аппарат станет для вас идеальным.

Если же вы уже определились с выбором камеры и видом съёмки, дам один простой, но очень важный совет: камера должна быть под рукой всегда. В любом месте, в любой компании, в любое время суток. Каждый человек может сделать гениальную фотографию, важно оказаться в нужном месте в нужное время.

Ну, конечно, носить фотоаппарат на шее и быть всегда готовым к съёмке — немного разные вещи. Старайтесь сделать так, чтобы ваша камера всегда была заряжена. А лучше носите с собой сменную батарею. Если есть возможность, пусть с вами будут несколько камер для разного вида съёмки. Или несколько объективов.

И последнее на сегодня. Фотографы — люди творческие, поэтому делайте время от времени снимки, которые вас вдохновят на дальнейшие подвиги.

Вот примеры моих фотомуз:

БоссПес © Игорь Верещагин

БоссПес © Игорь Верещагин

ЛунаСамолет © Игорь Верещагин

ЛунаСамолет © Игорь Верещагин

«Когда документалистика становится искусством». Фотографии Игоря Верещагина

Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин

У меня есть личная потребность зафиксировать определенные моменты. Просто не могу пройти мимо того, что меня заинтересовало. Я не учился фотографии. Более того, я считаю, что если учишься фотографии, то попадаешь под влияние других людей и начинаешь пользоваться их приемами. Хорошая фотография для меня — такая, на которой люди или тени расположились неким необыкновенным образом, хотя в кадре нет ничего необычного. Когда документалистика становится искусством.

Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
  Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин

Грустно думать, что многие герои моих снимков никогда себя не увидят. Если бы кто-то сфотографировал, допустим, меня с будущей женой в 1970 году, и я вдруг обнаружил бы потом этот снимок на страницах журнала или где-то еще — для меня это было бы огромной радостью. У меня есть фотография Чака Берри с девочкой. Девочке сейчас, наверное, лет 25. Мне так хочется, чтобы она когда-нибудь увидела эту фотографию и дала об этом знать. Фотография печаталась и в «Огоньке», и в других журналах, и по интернету гуляла, но никто ни разу не откликнулся.

Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
 Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин

Мой любимый снимок из тех, что я отобрал для выставки, — фотография моей дочери на фоне стены дома, над ней — сломанная дождевая труба.

Фото: Игорь Верещагин
Фото: Игорь Верещагин

Снимок выстроен интуитивно, и если оценивать его исходя из законов классической фотографии, то он сделан неправильно: дочь находится ровно по центру, никакого золотого сечения и других принципов построения композиции нет. Но чем  больше проходит времени, тем больше он мне нравится. К тому же дочке сейчас уже 43 года, и, если бы не эта фотография, я уже не мог бы вспомнить ее в том возрасте.

Выставка Игоря Верещагина в МАММ — Сноб

В рамках XI Московской международной биеннале «Мода и стиль в фотографии — 2019» в Мультимедиа Арт Музее 14 февраля открылась выставка известного российского фотографа Игоря Верещагина «Необъективная реальность». Коротко рассказываем о выставке и фотографе и показываем лучшие снимки

Игорю Верещагину 66 лет. Свой первый снимок он сделал в пять лет и с тех пор не расстается с фотокамерой. Во время приезда The Rolling Stones в Москву в 1998 году он был официальным фотографом группы в ее турне. Его фотографии печатались в российской и зарубежной прессе, на обложках пластинок музыкантов, украшали нью-йоркские музыкальные клубы. А вот первая большая выставка Верещагина состоялась только в 2017 году в рамках X Московской международной биеннале «Мода и стиль в фотографии — 2017» по инициативе продюсера Сергея Смолина. И если в Given & Stolen акцент был сделан на съемках музыкантов, то в новой экспозиции «Необъективная реальность» в фокусе — съемки Игоря Верещагина 1970-х годов. Это новая глава истории России в фотографиях, связанная со временем, которое сегодня, полвека спустя, нуждается в особой рефлексии. В экспозицию также вошли избранные работы Игоря Верещагина, связанные с музыкантами, и его последние работы, снятые в 2000-е. Автор прокомментировал для «Сноба» свои работы.

Фото: Игорь Верещагин

Дочь в Братске. До школы ей остались, по-моему, месяцы. Снимал возле дома ее прабабушки — моей бабушки. Напоминает мне что-то церковное, когда в нише стоит или изображается некий святой.

Фото: Игорь Верещагин

Утренний портрет жены. Я там чуть-чуть отражением в зеркале. Снято в Томске в 1976 году. Мы заканчиваем институт, у нас уже есть маленькая дочка, свой дом в Томске.

Фото: Игорь Верещагин

На фотографии музыкант Сергей Воронов. Снимок сделан в Киеве, куда я приехал на выставку. В то же время там выступала группа «Неприкасаемые», где играл Воронов. Я увидел Сергея на улице. Пошли вместе на эту выставку, спросили, где можно бросить вещи. Заходим на второй этаж — я вдруг увидел двух воронов. И как третьего не посадить и не сфотографировать?

Фото: Игорь Верещагин

Гарик Сукачев записал пластинки «Мой Высоцкий» и попросил меня сделать фотографию для обложки — сфотографировать его где-то в узнаваемом месте Москвы, где бывал и Володя, чтобы передать этот дух. Мы бродили целый день в районе Котельнической набережной. Я снял несколько десятков кадров, один или два пошли на эту пластинку, но мне очень понравилась вся съемка. Гарик, как всегда, хорош, ему не нужно позировать.

Фото: Игорь Верещагин

Случайный снимок музыканта Чака Берри. Я планировал его поснимать, но поругался с организаторами и уехал. И когда уже ехал мимо Пушкинского, вдруг услышал голос Чака Берри — а у меня был с собой фотоаппарат с большим телеобъективом. Я бросил машину, побежал в Пушкинский, сделал несколько снимков, очень плотно скадрированных. Пытался в дальнейшем найти девочку, которая изображена на этой фотографии, но не удалось. А потом, уже в 2017 году, во время выставки Given & Stolen, газета «Метро» опубликовала этот снимок на обложке — и девочка нашлась к концу дня.

Фото: Игорь Верещагин

Это мой друг Саша и его дети. Тогда у нас появилась машина, уазик, и мы ездили на «свой» пляж на другую сторону Братского моря через ГЭС. Там был чудесный песок. Это момент, когда мы или отъезжали, или подъезжали. Саша давно умер. Но он умел кайфовать каждую минуту своей жизни. И мне кажется, здесь чувствуется этот момент. Он был жизнелюбом. Чудесный парень.

Фото: Игорь Верещагин

У нас в институте была военная кафедра. После ее окончания нас отправили на сборы в пустыне Каракум. Это момент после физических упражнений. Ребята из моей группы лежали, я сделал снимок. И в этот день мы, находясь недалеко от Байконура, смотрели, как взлетает с Земли ракета «Союз». А потом побежали в казарму и на маленьком убогом телевизоре смотрели, как взлетает «Аполлон». «Союз» — «Аполлон», 1975 год, как раз в этот момент встретились. Этим мне запомнился данный кадр.

Выставка «Необъективная реальность» продлится до 14 апреля.

«Люди просто должны тебе доверять» — Рамблер/новости

Классифицировать то, что делает Игорь Верещагин — занятие бессмысленное. Подборки его снимков в равной степени включают в себя как отчеты с рок-концертов, так и городские зарисовки, сделанные с удивительной точностью. Его стиль узнаваем, любим и неизменно вызывает массу эмоций. Пожалуй, его работы можно назвать «настоящей московской фотографией». Манерой, позволяющей профессионально, четко, но очень тепло передать жизнь и энергию современного города и его обитателей. Обозреватель m24.ru Алексей Певчев побеседовал с Игорем Верещагиным на его первой персональной выставке Given&Stolen ("Подаренное и украденное"), открывшейся в Московском музее современного искусства на Тверском бульваре.

— Судя по работам, датированным семидесятыми годами прошлого века, с фотоаппаратом вы дружите давно. Помните первую свою первую камеру и первые фотоопыты?

— Наверное, это редкий случай, но я точно помню день, месяц и год, когда я в первый раз нажал на кнопку фотоаппарата. Недавно рылся в отцовских негативах — он имел привычку резать пленку, складывать негативы в конверт и подписывать. Вот я и обнаружил конверт с надписью «Я и Маша. Снимал Игорь. 12 июня 1957 года». Так что, в этом году у меня 60 лет в фотографии. Первым фотоаппаратом был «Зоркий», потом «ФЭД» и «Киев», ну а осознанно я стал фотографировать в школе на шпионские «Киев-Вега» или «Вега-2», они позволяли потихонечку снимать друзей и родных.

— Фотографировать музыкантов вы стали значительно позже, но увлечение роком тоже из детства?

— В середине шестидесятых я уже активно слушал западное радио, где звучали The Beatles, The Rolling Stones, Beach Boys. Потом у меня появилась первая катушечная «Астра-2», на которую я переписывал неясно откуда привезенные в Братск записи. В то время плохих групп просто не было, но получить о них визуальную информацию не получалось. Правда, потом появились журналы из соцстран польские, чешские, и, наконец, ГДРовский «Время в картинках» — в нем я наткнулся на фото, где The Beatles плывут по реке, и выпал в осадок. В общем — все это и подхлестнуло меня к тому, чем я до сих пор занимаюсь.

— В Сибири удавалось практиковаться на гастролерах «Песняров» и «Верасов»?

— К нам в Братск и позже в Томск, куда я поехал учиться, редко кто приезжал. Кроме того, я слушал только западную музыку и в упор не принимал советскую. «Машину Времени» впервые услышал в 1980 году, а что касается разнообразных ВИА, то я их в упор не видел, они казались кошмарным «дерибасом». Первыми, кого я стал снимать, стали музыканты группы «Квартал», и случилось это гораздо позже. Мне было 42 года, я приехал в Москву и встретил своего земляка Арика (Артур Пилявина — лидера группы «Квартал» — прим. m24.ru), которого знал с тех времен, когда он только начинал играть на органе в ресторанах Братска. Здесь же у Арика, обладавшего широченными музыкальными знаниями, оказалась масса друзей-музыкантов, и однажды он познакомил меня с Гариком Сукачевым. Я снял его концерт во МХАТе, потом работал фотографом на его фильмах. Ну, а потом к нам начали приезжать западные музыканты — и все закрутилось.

— Гарика вы снимаете чаще всего и, прямо скажем, с особым чувством. Почему?

— Если честно — его «Маленькая бейби», увиденная по телевизору в конце восьмидесятых порвала меня настолько, что я переехал в Москву. Ну, и еще у Гарика не бывает плохих концертов. Если бы я с такой отдачей снимал все время, я бы, наверное, был величайшим мировым фотографом. Возможно, Валерий Леонтьев, например, тоже работает на полную, но меня его творчество не трогает вообще, а в случае с Гариком как раз все совпадает.

— Вам интереснее снимать отдельных личностей или фестивальные репортажи?

— Раньше было интересно было снимать «Нашествие», до того момента, как оно не превратилось в «Зарницу». Был замечательный фестиваль «Крылья», на котором выступал Игги Поп, и это было незабываемо.

— В процессе концертных съемок фотографы часто попадают в необычные ситуации. Вы, как мне известно — не исключение?

— Да, однажды меня не хотели пускать на «Максидром» с огромным телевиком и долго проверяли, не оптический ли это прицел. Однажды во время одного из кинофестивалей на открытой сцене должен был выступать Чак Берри. Я крутился с широкоугольником возле сцены, и тут на меня неожиданно взъелся Стас Намин. Мы с ним разругались, я уехал, а через час услышал по радио в машине песню Чака. Я бросил машину, вернулся и телеобъективом снял тот кадр, который был нужен, тем объективом, который и нужен был в этой ситуации как раз.

Однажды сам Чик Кориа просил охранников разрешить мне снять его выступление в зале Чайковского, а они уперлись и не дали. Вообще, такое происходит не только у нас. Мой кумир музыкальный фотограф Джим Маршалл вообще бросил снимать концерты, потому что надоело пререкаться с охраной. Раньше телевидение не так часто снимало концерты, и печатным фото уделялось гораздо больше внимания. Ну, а потом еще появился интернет…

— Вас не раздражает, что сегодня можно сделать фото любым электронным гаджетом, и в итоге действительно интересные работы теряются в груде шлака?

— Да ну! Мне кажется, наоборот, это кайф. Чем больше люди снимают, тем интересней жить. Смотришь в ленту Facebook и удивляешься кадрам, сделанным людьми, совершенно на это не заточенными, но оказавшимися в нужном месте и в нужное время. Никакой ревности у меня точно нет.

— А чисто эстетического отвращения от потока селфи, силиконовых дакфейсов, выставленных вперед ножек?

— Знаете, я их просто пролистываю, и у меня не остается ни отрицательного, ни положительного впечатления. Ну зачем обращать внимание, если кто-то строит рожу? Да пусть строят сколько хотят!

— Мне очень нравится цикл ваших «тайных» снимков, пассажиров метро. Случается ли, что вас замечают и просят этого не делать?

— Если я вижу, что человек опасается, я его просто не снимаю. Не хочется никого напрягать. Однажды на концерте «Машины времени» в Лужниках я снимал страстно целующуюся и обнимающуюся на первом ряду парочку. Один особенно страстный кадр выложил в сеть. Через 20 минут этот парень уже стучался ко мне в личку — «Срочно уберите! Иначе моей семье конец!» Я, естественно, сразу убрал.

— Кто для вас остается неизменным мастером, чьими работами вы восхищаетесь всю жизнь?

— Это, в первую очередь, Йозеф Судек — уникальный, великий фотограф. Он снимал великолепные пейзажи и натюрморты, и делал это только форматной камерой. Йозеф потерял руку на Первой мировой войне и то, как он управлялся со своей огромной камерой — отдельный подвиг. Когда немцы захватили его родную Прагу, Судек не выходил из дома и снимал свое окно. Не выходя из комнаты, он наснимал таких шедевров, каких не достичь многим путешественникам. Если говорить о жанровой фогографии, о street-photo, то — это Анри Картье-Брессон, Эллиотт Эрвитт и совершенно уникальная женщина-фотограф Вивьен Майер. Она никогда не выставлялась, почти не печаталась. Снимала только для себя и ничего никому не показывала, а после ее смерти нашли огромные архивы. Сейчас один парень, который все это раскопал, выпускает альбомы, проводит выставки. Смотреть на Штаты пятидесятых, шестидесятых и семидесятых годов на фото Вивьен Майер — одно удовольствие. Удивительно, что о ней узнали только в XXI веке. — Один из моих любимых фотографов Антон Корбайн на вопрос, в чем секрет его мастерства, ответил: «Оставаться незаметным». Секрет Верещагина чем-то схож с секретом Корбайна?

— Конечно! У уже упоминавшегося Джима Маршалла есть книга «Доверие» (Trust), где подобные вещи хорошо описаны. Люди просто должны тебе доверять. Мои герои отлично знают: где бы я их ни снял, я ни за какие деньги не побегу продавать все желтой прессе. Действительно, очень интересно снимать то, что происходит за сценой до и после концерта, но надо четко понимать настроение людей и не болтаться под ногами. Кто-то из артистов привык сосредотачиваться, кто-то пытается снять волнение весельем. Ну и, конечно, важно использовать широкоугольный объектив и недавно появившиеся фотоаппараты без звука. Кстати, благодаря такой камере я сейчас с удовольствием снимаю и оперу, и концерты симфонической музыки, где уж точно не пошумишь.

10 избранных фотографий Игоря Верещагина С комментариями автора

"Наша цель — коммунизм". Это в институте, во время выезда «на картошку», точнее — на уборку зерна. Этот пейзаж снят много лет назад, но не сомневаюсь, что там все по-прежнему.

"Пацаны". Это ребята из моего двора. Они чем-то похожи на музыкантов группы Animals. Боюсь, их судьба сложилась очень плохо. Именно на это поколение пришелся дикий всплеск наркомании в Братске. У многих моих одноклассников дети умерли в это время.

"Любовь". Когда попадаю в метро, я никогда не стою на эскалаторе. В этот раз я спускался и увидел этих полицейских, которые начали целоваться еще на ступеньках. Я прошел вперед, выставил расстояние и стал ждать. Они меня обогнули, продолжая целоваться, и я сделал кадр. Удивительно, что у парня с собой еще и гитара.

The Rolling Stones. Они вышли из своего самолета, и на них набросилось около 200 съемочных групп. The Rolling Stones выходят и — так получается — подходят прямо ко мне. Будто знали, что я жду их с 1964 года, с того момента как впервые услышал по радио.

"Теодор и Карл". Это Теодор Тэджик — знаменитый скульптор и художник-постановщик, все видели его работы, например, в фильме «Кин-дза-дза». Снимок сделан у него дома. Карл — это одна из его двух собак, к которым он очень нежно относится. Одна из собак была парализована, и он сделал ей специальную тележку и костюм, чтобы она не замерзала. Парализованных собак в гостиницу не пускают, а с этими колесиками было можно, — так он и ездил из Москвы в Прагу и возил собак туда-сюда.

Джон Маклафлин. Он частенько бывал в Москве, но я ни разу не попадал на его концерты. Это удивительно — слушаешь человека с 1974 года, и целых два раза пропускаешь его концерты у себя на родине.

Земфира. Это ее первый сольный концерт в «Олимпийском». Такого вовлечения публики в концерты мало у кого можно было наблюдать. Безбашенное было время.

Сергей Воронов. Я приехал в Киев со своим товарищем Эркином Тузмухамедовым на выставку Астрид Кирхгерр — подруги The Beatles во времена их «гамбургского» периода начала шестидесятых. Мы стали шататься по улицам и увидели, что в городе играют «Неприкасаемые». У них было свободное время, и я Сергея позвал с нами на выставку. На втором этаже обнаружилось фото двух воронов, ну, грех было бы не усадить третьего и не сфотографировать.

Ринго Старр. На первый концерт Ринго в Москве я не попал. У меня только что родилась внучка, я мчался с самолета, опоздал и меня не пустили. Зато второй раз я уже подготовился. Снимок сделан на пресс-конференции, когда Ринго задали какой-то странный вопрос.

Владимир Фредекс. Я давно хочу выпустить книжку, для которой уже давно снимаю известных и интересных мне людей с их любимой виниловой пластинкой, от которой в свое время у них снесло крышу. У Володи Фридкеса это была рок-опера Jesus Christ Superstar.

Мультимедиа Арт Музей, Москва | Выставки | Игорь Верещагин

ДЕПАРТАМЕНТ КУЛЬТУРЫ ГОРОДА МОСКВЫ
МУЛЬТИМЕДИА АРТ МУЗЕЙ, МОСКВА

ПРЕДСТАВЛЯЮТ ВЫСТАВКУ

Игорь Верещагин
Необъективная реальность

15 февраля 2019 — 14 апреля 2019

Стратегический партнер: Tele 2
Куратор: Нина Левитина

В рамках XI Московской международной биеннале «Мода и стиль в фотографии-2019» Мультимедиа Арт Музей, Москва представляет выставку замечательного российского фотографа Игоря Верещагина «Необъективная реальность».

Игорю Верещагину 66 лет. Свой первый снимок он сделал в 5 лет и с тех пор не расстается с фотокамерой. Помимо фотографии, страстью Верещагина является музыка. Уже в школе его кумирами становятся «The Beatles», «The Rolling Stones» и другие знаменитые рок-группы того времени.

После окончания Томского института радиоэлектроники и электронной техники Игорь Верещагин несколько лет работает в вычислительном центре Братского алюминиевого завода, а затем возглавляет его фотослужбу. Позже, в 1994 году, он переезжает в Москву, где работает фотографом, прежде всего снимая музыкантов. Становится эксклюзивным фотографом на всех фильмах Гарика Сукачёва, снимает таких звезд, как Пол Маккартни, Ринго Старр, Чак Берри, Роберт Плант, Игги Поп, Борис Гребенщиков, Энни Лейбовиц, Эллиотт Эрвитт и др.

Во время приезда «The Rolling Stones» в Москву в 1998 году Игорь Верещагин был официальным фотографом группы в ее турне. Его фотографии печатались в российской и зарубежной прессе, на обложках пластинок музыкантов, украшали нью-йоркские музыкальные клубы. А вот первая выставка автора состоялась только в 2017 году в рамках X Московской международной биеннале «Мода и стиль в фотографии-2017» по инициативе продюсера Сергея Смолина.

Если в первой выставке «Given & Stolen» акцент был сделан на съемках музыкантов, то в новой экспозиции «Необъективная реальность» в фокусе — съемки Игоря Верещагина 70-х годов. Это новая глава истории России в фотографиях, связанная со временем, которое сегодня, полвека спустя, нуждается в особой рефлексии. «Past in Future» или «Future in Past» — эпоха, по которой в настоящий момент в России кто-то ностальгирует, а кто-то рассматривает этот период стагнации как украденное из жизни время.

В выставку «Необъективная реальность» также войдут избранные работы Игоря Верещагина, связанные с музыкантами и его последние работы, снятые в 2000-е.

Игорь Верещагин — фотограф с «легким дыханием», юношеским драйвом и тонким чувством юмора. Творчество этого очень скромного автора только начинает открываться специалистам и широкой публике.

В настоящее время Верещагин является одним из героев шестисерийного документального фильма «Long Playing» (режиссер Стивен Крисман, продюсеры: Дункан Хит (ITG), Майкл Кассио и Сергей Смолин), съемки которого проходят в США и Великобритании.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *